Кухарка тайного советника

кажется, смутился не меньше меня (словно голую бабу увидел, в самом деле!), буркнул «Извините» и снова исчез.
За что он извинялся — за свое поведение до этого или за то, что застал меня сейчас врасплох, я так и не поняла, но все равно было приятно. Сам факт того, что он вернулся и попросил прощения, очень хорошо его характеризует. Ну и вообще… красивый мужчина. Не как киноактеры, не глянцевый. Настоящий. Усталый, с сединой в темных волосах, с кругами под глазами, но порода чувствуется. И высокий — а для меня рост всегда был важен.
Беляну я растолкала еще до рассвета. Она вставать не хотела, но услышав «Льер Лисовский приехал», подскочила, как миленькая. Льера здесь побаивались.
— Он же менталист, — пояснила Беляна, споро взбивая яйца на омлет. — В голову умеет залезать. И не только в голову.
— А куда еще? Под юбки? — легкомысленно хихикнула я.
Вот сама же запретила на кухне сплетничать, но про Лисовского интере-е-есно! И не сплетни это вовсе, а разведка. Мне просто нужны сведения о своем работодателе.

В воскресенье у меня выходной день. На самом деле, у меня уже три свободных дня накопилось. Не особенно-то я утруждалась на службе, все же какая-никакая, а начальница, просто раньше мне некуда было и пойти. Все, что нужно, я заказывала в ближайших лавках, мелочи покупала во время периодических походов на рынок. Мясо нам теперь привозили прямо домой, рыбу, яйца и молоко тоже. Так выходило дороже, но быстрее и качественнее, в ежемесячную сумму, выдаваемую на расходы, мы не то, что укладывались, а еще немало оставалось. Обычно избыток денег я тратила на специи, сахар, мед, сушеные травы и прочие долговременные запасы. На рынке покупались лишь овощи, фрукты и что-то скоропортящееся.
Сегодня я бегу из дома, где стало слишком шумно. Постоянно ходят толпы людей, которых нужно кормить, во дворе чужие сани и кони, слуг великое множество — кучера, курьеры, секретари и прочая братия — и все они трутся на кухне. Мой маленький спокойный мирок буквально взрывался чужаками, не всегда приятными и вежливыми, но всегда голодными. Пришлось даже нанять двух временных служанок, чтобы справляться с возросшим объемом работы.
Брать выходной в такую пору — по меньшей степени неловко. Но я посчитала, что я тоже человек — ничуть не хуже льера Лисовского, к примеру. И вообще — погода прекрасная, небо голубое, снежок искрит, скрипя под ногами. Город чистый, ясный.
Давно уже я не скучала в обществе самой себя, и теперь была счастлива, просто гуляя по улицам. Зашла в кофейню, выпила чашку кофе с миндальным пирожным, поглазела на дам с детишками, радуясь, что я не нянька и не гувернантка. То еще удовольствие — вытирать сопливые носы чужим детям. У меня и с Машкой плохо выходило, а чужих малышей я и вовсе боюсь. То ли дело подростки, вроде Лиски — вот с ними интересно, они уже не зародыши личности. В следующий раз Лиску с собой возьму, уж на лишнее пирожное денег мне хватит.
Потом отправилась по магазинам и даже купила новые жутко дорогие кожаные перчатки — к слову, почти такие, какие предлагала мне Софья. Сейчас я уже не понимала, почему тогда психанула — льера явно не желала меня оскорбить. И ладно себе ничего не взяла, но Лиске могла бы выбрать что-то. Но теперь уже поздно. Надо бы, наверное, извиниться, но это оказалось слишком сложно. Так и мучаюсь — и стыдно от этого, и горько. Что ж, может, забуду со временем.
Перед витриной лавки белошвейки я остановилась и зависла. На деревянных распорках (видимо, заменяющих тут манекены) были такие красивые пеньюары — шелковые, с кружевами… Здесь явно продавались чулки и бельё, а у меня с этим конкретная проблема.
Нижнее белье прислуга вовсе не носила, у меня были единственные приличные трусы и те самые мужские кальсоны. Может быть, здесь найдется что-то по демократичным ценам?
Воровато оглянувшись, проскользнула в лавку. Мда, нескромно. Здешний сервис явно не по моему кошельку. Оббитые цветочным шелком диванчики, столик, на котором стоит ваза с конфетами, образцы тканей. Красивая тетрадь на столике нарочно открыта на картинке полуобнаженной дамы. Хозяйка (вряд ли продавщица выглядит столь изысканно и строго) приветливо улыбнулась мне, а я испуганно захлопала глазами. Потом вспомнила, что давно уже не школьница, а вообще-то старшая прислуга в приличном доме, и расправила плечи.
— Добрый день. Не смогла удержаться, — со смущенной улыбкой сообщила хозяйке. — У вас не лавка, а сказочный ларец. Столько красоты!
— На любой вкус, лирра, — тут же сориентировалась женщина моих лет. — Что вас интересует?