Кухарка тайного советника

молчания, заставив и меня, и Рудова подпрыгнуть от неожиданности. — У нее, действительно, есть немного магии вероятности. Наймем учителя, попробуем. Танцевать уже не сможет, а вот немного ходить, может, и получится.
— Театр в Коборе… — напомнила я.
— Да, ее уже мэр пригласил для консультаций. Леночка и играть сможет какие-то небольшие роли, ее это очень вдохновило.
Леночка, значит? Ну ладно. Молодец, дед. Мужик. Надо только ему будет напомнить в доме ремонт сделать. А то — Леночку привезти некуда будет.

Мои слова о том, что вторая часть артефакта — это орден на груди его высочества, Рудый выслушал с уже привычным выражением задумчивого отвращения на лице. Видимо, подозревал. Дед же поднапрягся и вспомнил, что был у того самого мага, что двадцать лет назад ему избушку спалить пытался, какой-то красный камень, да вроде совершенно бесполезный. Его, между прочим, конфисковали, описали и поместили в хранилище. Королевское. Так что лично к нему — никаких претензий. И вообще, он-то не артефактор, он привратник… бывший, кстати, его за аферу со мной окончательно на пенсию отправили, чему он рад несказанно теперь. Так что — с него и взятки гладки. А вот к кому у него вопросы есть, так это к льеру Лисовскому, ох, как много у него вопросов накопилось!
А у Яна Рудова вопросы накопились к Егору Субарову.
— Кто и зачем вызывал вас в столицу осенью?
— Король вызывал, — неохотно отвечал дед, хмуря кустистые брови. — Инженеры при плановой проверке обнаружили несколько трещин в фундаменте дворца. Боялись, не повторится ли разрушение.
— А вы при чем?
— Я сдерживать тогда стены. Спрашивали меня, где укреплять лучше. Сдается мне, у Николаса III старческие страхи начинаются, уж больно подозрителен он стал в последнее время.
— Насчет революционеров он не зря опасался.
— Глупости. Кому он нужен, король? Убирали тайный совет — вот и ищите, зачем. Что такого он должен был рассматривать, что Стефан так испугался?
— Укрепление местной власти, — пожал плечами Ян. — Старые законы хотели пересматривать, многое уже устарело.
— Ну, это само собой, — вздохнул дед. — Значит, не в этом дело. Оленька, кстати, что у тебя с Лисовским?
— Он меня замуж позвал, а я согласилась, — робко ответила я.
— То есть, если я его убью, ты сильно расстроишься?
— Сильно, — подтвердила я. — Я его не для того спасала.
— М-да, действительно. Столько усилий, и всё зря.
— Да в чем дело?
Но дед молчал, как партизан. Что ж, отправили человека за Александром. Пока ждали — выпили чаю, поболтали о погоде. Мне всё больше становилось не по себе. Было такое ощущение, что попав в этот мир, я запустила какую-то катастрофическую цепочку событий.
— А ты как хотела? — поспешил «утешить» меня дед. — Ты инородный элемент тут. Разумеется, история меняется. Всегда так. Но ты не волнуйся, выправится. Ткань мироздания упруга, всё рано или поздно вернется на круги своя. Но круги на воде ещё долго могут расходиться. Сама посуди — артефакт, принесенный в этот мир предыдущим «засланцем», столько времени пылился в хранилище, пока Офицер не догадался его использовать.
Ну, радует хотя бы то, что у меня никаких артефактов не было. А то и так глупо получается — простая кухарка изменила историю целого государства.
А когда Лисовский зашел в кабинет Главного Инквизитора, дед подскочил, словно молоденький, и попытался его ударить. Александр увернулся, отскочил к окну и закричал:
— Егор Матвеевич, да вы с ума сошли!
— Лисовский, я тебя ненавижу, — как-то устало ответил дед, потухая. — Ладно, я. А Елена по твоей милости, столько лет жила в нищете и забвении!
— Я выполнял приказ, — буркнул Александр, мрачнея.
— Чей?
— Королевского наследника.
— Рассказывай, — бросил Ян Рудый, и льер Лисовский сел в кресло и принялся рассказывать.
— Тогда, тридцать лет назад, тот взрыв во дворце организовал именно Николас. Мне было двадцать три года, ему — около тридцати. Он считал, что всё делает правильно, что отец слишком стар, чтобы править.
— Ты принимал в этом участие?
— Нет. Но я многое видел. И молчал. Я ведь был секретарем самого Субарова. Разумеется, про взрыв я и предположить не мог, иначе бы постарался предотвратить. Это ведь чудовищно. Столько жертв… Я вместе с магами разгребал завалы. Я ведь всего лишь менталист, у меня только одно направление магии. С одной стороны, этого мало. А с другой, когда одно направление — оно всегда очень сильно развито, поэтому я был ищейкой: искал людей. И, кстати,