Куколка [СИ]

Безукоризненная? Недоступная и уже поэтому желанная?
Все вместе и еще что-то, для чего Ингольв не находил слов ни тогда, ни сейчас.
Анхелос обладают неизъяснимой привлекательностью для демонов, но верно и обратное. Таящаяся в душах демонов вечно голодная тьма манит детей света, как огонь в ночи, обещая немыслимое страдание и блаженство.
Рейгер тогда придумал дурацкий предлог, чтобы задержать ее, а потом пригласить в кафе. И день за днем находил причины, чтобы увидеть ее снова. Ухаживал неуклюже, но с отчаянной решимостью.
Демоницы охотно берут в любовники людей. Секс с человеком даже изменой не считается — мелкий перекус, не больше. Но Хонорис заставила его побегать. Три недели держала на расстоянии, словно не замечая попыток сблизиться — недостижимая и желанная до дрожи.
В тот вечер он пришел ей сказать, что дело закрыто. Кайм ди Саллос лишился рогов, взамен получив новую биографию и документы. И без того надуманный повод для встреч исчез окончательно, этот вечер обещал стать последним.
И в тот последний вечер она вдруг сдалась, позволила ему все. Стянуть с себя перчатку. Коснуться прохладных аристократически длинных пальцев. Поцеловать…
И позволила все остальное, что следует за поцелуями.
Лучшая ночь в его жизни. Упоительно-сладкая, безумная и греховная.
Наутро он вынужден был уйти на службу. Но когда вечером захотел увидеть ее вновь, наткнулся на запертую дверь. И напыщенный дворецкий, похожий на мелкую самодовольную шавку, еле скрывая брезгливость объявил, что леди ди Саллос не принимает.
Это было похоже на плевок в лицо, а Рейгер был молод, горяч и не привык безропотно сносить плевки. Пользуясь темнотой, он принял истинный облик и взлетел на карниз ее спальни.
Рисковал ли он? О да, еще как! Тогда на такие вещи смотрели куда строже. Внутреннее расследование, выговор с занесением в личное дело и ссылка в глухомань откуда он приехал — минимум что ждало стажера Рейгера, в случае если начальство узнает о его выходке.
Уже на карнизе, он принял человеческий облик и постучал в окно. Повезло, что Хонорис была в комнате.
И вдвойне повезло, что она его впустила.
— Ингольв, не надо все усложнять, — попросила демоница, задергивая за ним штору. — Просто сделай вид, что этой ночи не было.
— Тебе настолько не понравилось? — уязвленно спросил он.
— Дело не в этом.
— А в чем?
— Ты из Особого Отдела, и должен знать, как питаются мои сородичи.
— А, это! — он мог развеять ее сомнения, но был связан подпиской о неразглашении. — Плевать.
— Не глупи, мальчик…
— Я не мальчик! — прорычал Рейгер, целуя ее намеренно грубо, со злостью, которая мгновенно переплавилась в страсть, стоило почувствовать, как она отвечает.
Но Хонорис была права. Рядом с ней Ингольв и сам себе казался мальчишкой. Разница, которая стиралась в сумерках спальни, но давала знать о себе днем, под безжалостными лучами солнца.
Она почти вдвое старше, у нее за плечами брак, дети, успешный бизнес и положение в обществе. А кто он? Стажер Особого Отдела. Целитель, пару лет практиковавший в занюханном городке на окраине империи.
Да, еще он мужчина и анхелос. Но достаточно ли этого, чтобы забыть о пропасти, которая лежит между ними?
Тогда он надеялся, что да.
Безумие скоротечного романа продлилось несколько месяцев, на протяжении которых Рейгер ни разу не возвращался в свою холостяцкую квартиру. Он был молод, влюблен, и счастлив, как никогда раньше. Жаль, что это продлилось недолго.
— И много еще таких, как ты? — вопрос, заданный вроде бы между делом за ужином, заставил его похолодеть.
— Не понимаю о чем ты. Каких «таких»?
— Выживших.
Рейгер закашлялся, чувствуя досаду и неловкость. Он жил с этой женщиной уже несколько месяцев, спал в одной кровати, каждую ночь доводил до экстаза, любил ее…
Но до сих пор не понимал. И что гораздо хуже, не чувствовал, что хоть в чем-то ее контролирует.
— Кто тебе рассказал?
— Я сама поняла, — она мягко улыбнулась. — Это просто, достаточно присмотреться к тебе внимательней, Ингольв.
Пожалуй, ее слова уязвили. Рейгер считал, что хорош в маскировке. Без спектрографии ауры и специальных знаний отличить анхелос от обычного человека невозможно. Особенно, если тебя с детства учили, что анхелос давным-давно вымерли.
Но Хонорис умела наблюдать и делать выводы.
— Я не уполномочен обсуждать эту тему.
— Даже так? Ясно… — она понимающе кивнула. — Мне ждать приглашения в особый отдел?
Рейгер восхищенно выругался, отдавая должное ее уму. Мысленно выругался, разумеется. Хонорис терпеть не могла сквернословия.