Куколка

Так много, очень много. Глядя на них, она чувствовала, как её сердце превращается в осушенное болото, в котором не осталось ничего, кроме чёрной грязи и гниющего органического мусора. Мысленно она видела, как её душа покидает тело, подобно тысяче мерцающих светлячков, вылетающих изо рта.
Ты не можешь сейчас потерять голову. Ты не можешь! Лекс пытается найти тебя, так что постарайся помочь ему!
Да, она понимала, что это важно, но это не ослабляло её клаустрофобии. С каждой минутой она становилась всё сильнее. Теперь коридор, казалось, был полностью сделан из кукольных людей. Они вырастали из стен, как пятнистые грибы — бугристые, выпуклые и теснящиеся, искусственные лица выталкивались наружу, как расширяющиеся мыльные пузыри, пока полностью не заслоняли стены. Они, казалось, множились вокруг неё через какое-то извращённое деление, лица разделялись на ещё больше лиц, которые снова делились на ещё больше. Она смотрела немигающими, испуганными глазами, как лицо улыбающейся женщины-манекена распахнулось со звуком треснувшей скорлупы, и четыре, а затем пять сморщенных кукольных личиков появились, как голодные цыплята, овальные рты открывались и закрывались, всасывая воздух.
Это происходило снова и снова, когда лица и тела разрывались, чтобы извергнуть множество кукольных младенцев, всё ещё блестящих от отвратительной внутриутробной слизи.
Су-Ли снова подавила желание закричать и рассмеяться одновременно, чтобы выпустить наружу накатывающее безумие. Вот каково это – сходить с ума. Ей казалось, что её разум превратился в тёплую, тающую массу, которая вот-вот вытечет из черепа через уши.
Множество голов вокруг неё, казалось, раздувались, как воздушные шары, живые, но инертные, одушевлённые, но безжизненные, их пронзительные крики разносились по коридору и толкали её далеко за пределы здравого смысла.
Их горящие глаза, казалось, следили за ней, заглядывая глубоко в душу.
Даже наклонный потолок сверху теперь состоял из висящих манекенов. Лица, похожие на демонических бабуинов, ухмылялись над головой, свисающие конечности раскачивались взад и вперёд в каком-то неслышимом ритме, острые пальцы, похожие на иглы, касались её головы и оставляли царапины на шее.
Самым разумным было бы вернуться обратно, но теперь пути назад не было. Позади неё стены сомкнулись, запечатав проход кукольными частями, а стены впереди всё сужались и сужались. Она бежала, спотыкалась, падала, вставала, снова падала, лица становились всё ближе, а пальцы, словно корни деревьев, путались в её длинных волосах. Изогнутые рты звали её по имени и умоляли присоединиться к ним.
Упав в очередной раз, она подняла глаза и увидела вздувшийся живот кукольной женщины. Он был разрезан, как анатомическая модель, чтобы показать кукольный плод внутри, висящий вверх ногами в амниотическом мешке. Это была пластмассовая неживая вещь … и всё же она сосала большой палец с чавкающими звуками. Когда он повернул своё сморщенное, безглазое лицо к Су-Ли, она отползла на четвереньках, издавая горлом болезненный стон.
Это иллюзия, сказала она себе.
Это иллюзия, созданная для того, чтобы расшатать твой рассудок, усилить страх и тем самым усилить власть Кукловода. И ты это знаешь. Ты всё это знаешь, но продолжаешь вестись на это. Ты продолжаешь реагировать вместо того, чтобы действовать. Это была дурацкая идея бежать по этому коридору, и ты знала это, но всё равно так сделала.
Эта мысль её остановила. Господи, она ползала на четвереньках, как животное, как какой-то крот, копошащийся под землей. Она встала. Выпрямилась во весь рост. Она должна думать о том, как выбраться из этой передряги, пока не стало ещё хуже… если это вообще возможно. Путь назад был закрыт. Или, по крайней мере, так казалось. А что, если это вовсе не так? Что же тогда?
Су-Ли развернулась и пошла обратно тем же путем, которым пришла.
Кукольные существа, которые были стенами её тесного маленького мира, сразу же начали волноваться. Они тряслись и дрожали. Пальцы сжались, конечности задёргались, рты начали издавать низкий стонущий звук.
И всё же она не остановилась.
Она разрушала тёмные чары этого места.
По-другому и быть не могло.
Она продолжала двигаться, теперь уже быстрее, и проход начал открываться. Она несколько раз моргнула, чтобы убедиться в этом, Но, да, он открывался.
Это не может быть так просто.
Но, возможно, так оно и было. Она почти поверила в это, пока не увидела чёрную неуклюжую фигуру, вышедшую из прохода. В том, что это был один из кукольных людей, она сомневалась не больше, чем в том, что он пришёл за ней. Она нарушила правила маленькой игры Кукловода и теперь