Он — избалованный сын богатых родителей. Ему нужна фиктивная жена, чтобы отделаться от брака с дочерью отцовских партнеров. Она — провинциалка, приехавшая покорять столицу. Ей позарез нужен штамп в паспорте, чтобы получить работу мечты. Казалось бы, они нашли друг друга. Как бы не так!
Авторы: Матильда Старр
что это единственный возможный выход.
— Ничего не единственный. Как поссорятся — так и помирятся. Ничего не случится. А я хочу, чтобы ты осталась. Я не могу тебя потерять, — он прижал меня к себе еще крепче, и вырываться совершенно не хотелось.
Нет, так не пойдет!
Мне пришлось сделать над собой немалое усилие для того, чтобы сказать то, что я сказала:
— Олег. Ты, конечно, хороший парень, и то, что только что было, это было… — я поискала подходящее слово и с легкостью его нашла: — мило…
Я прекрасно осознавала, что это худшее определение для нашей близости. Потому что на самом деле это было грандиозно, восхитительно, потрясающе, это было невероятно — но уж никак не «мило».
— …но боюсь, ты слишком близко к сердцу все это воспринял… Ты ведь не думаешь, что это серьезно? И если думаешь, извини. Неловко вышло… Но мне казалось — у тебя девушка, да и у меня есть парень… ну там, дома. То, что случилось ни к чему нас не обязывает, верно?
Он вздрогнул, как от удара, а больно стало мне.
Очень.
И даже от понимания того, что я все сделала правильно, легче не становилось.
— И что ты будешь делать? — спросил он.
— Ну, раз одна столица не покорилась — буду покорять какую-нибудь другую. У нас этих столиц знаешь сколько…
— Сколько? — машинально переспросил он, думая о чем-то другом
— Целых две, — я заставила себя улыбнуться. Подошла ближе, потрепала его по макушке небрежным чужим жестом и сказала: — Пашке привет. Пусть отдаст мои вещи дяде Мише, он привезет. Ах, да, — я достала из сумочки ключи от машины и бросила в кресло. — Не пригодятся.
Я вышла из офиса и спустилась в метро. Слезы текли по щекам горячими ручьями.
29
После суматохи большого города оказаться снова в маленьком было непривычно. Я не могла понять, что чувствую.
Было много всего разного – радость от встречи с родителями. Какое это все-таки тёплое чувство – увидеть, что дома ничего не изменилось. Хотя как оно могло измениться – меня и не было-то всего ничего. И боль. И тоска. И полное непонимание: что же дальше?
«Отпуск. Кратковременный. Меня переводит в другое отделение, но тоже в почти столичный город. Культурная столица ничем не хуже обычной. Хоть и холоднее. Ну а что поделать! Все сотрудники — люди семейные. Кто на переезд согласится! А вот она я – свободная как птичка».
Эту версию я выдавала всем, кто спрашивал с искренним участием или с ехидцей – что это я так быстро вернулась. «Вот заодно подучусь, вспомню что забыла – требования высокие» — с улыбкой пояснила я знакомым. Признаться, что вернулась из столицы с поражением я так и не смогла. Даже родителям. Небольшой отпуск — это действительно то, что мне нужно. Собраться с силами и попробовать выдержать новый раунд в новом городе.
Да только отпуск этот затягивался – прошел уже месяц, давно начался второй, а сил как-то не набиралось.
Хорошо когда твоя подруга детства юрист. Ставишь закорючку на доверенности – и всё, заниматься разводом не нужно. Все эти формальности, тесно связанные с неприятными воспоминаниями, уже улаживаются без твоего участия.
Телефонный звонок разрезал тишину, в которой я привыкла находиться в последнее время. Я вздрогнула, как вздрагиваю теперь от каждого звонка, все время ожидая, что на дисплее высветится номер Олега.
За то время, что я пробыла дома, он позвонил мне несколько раз. И даже по его голосу я чувствовала, как долго он собирался с силами, продумывал, что сказать, как на каждый такой звонок мне хотелось вместо «у меня все нормально, скоро собеседование, готовлюсь. Ладно, пока, скоро придет мой молодой человек», сказать правду. Что ни к чему я не готовлюсь, лежу, свернувшись калачиком под теплым пледом, и невидящими глазами смотрю в экран телевизора. Что больше всего на свете хочу оказаться с ним рядом хоть на минуточку. Коснуться, вдохнуть запах, запутаться пальцами в волосах… Но всего этого говорить нельзя.
Если сейчас признаться, Олег (в этом я не сомневалась) тут же начнет решать эту проблему. Расскажет отцу, что не такая я уже и плохая, что виноваты они, и сделает только хуже…
Поэтому я всякий раз просила мне не звонить. И он не звонил два-три дня, или пять, или шесть, или неделю. А потом снова набирал:
— Ты не подумай, я ничего такого, просто убедиться, что у тебя все в порядке. Может, что-то нужно?
— Нет-нет, все хорошо, — я улыбаюсь, потому что знаю, что по голосу это слышно, — тут Лешка идет.
Я рванула к телефону, переворачивая стулья и разочарованно выдохнула. На этот раз это был не Олег. Собственно, прошло уже семь дней с его последнего звонка. Может, он наконец внял моим уговорам и решил действительно больше не звонить.
