Курортный роман

— Но ведь вы собрались… — неуверенно пролепетала Тоня.
— Я знаю, что мы хотели только расписаться там и вернуться, но планы поменялись.
Юля молчала, она прекрасно поняла, для чего все это делалось, Колесникова не одобряла
поступок Виталия, но и его понять могла.
— И когда? — грустно спросила Ковальчук.
— С понедельника начну отрабатывать последние две недели.
— То есть, ты хочешь сказать, что заявление ты уже написала? — поинтересовалась Юля.
— Да, сегодня утром.
— И кто еще знает кроме нас?
— Как кто, отдел кадров и Борисов, — без задней мысли ответила Шахова.
— А когда вы уезжаете? — поинтересовалась Юля.
— Вечером восемнадцатого ноября, чтобы утром быть уже в Питере, а что?
— Просто спросила, может, что-то типа прощально девичника организуем? — предложила
Колесникова.
— А действительно, — поддержала ее Тоня.
Шахова пожала плечами и, подумав, спросила:
— А когда?
— Да хоть сегодня, завтра все равно выходной, так что никуда спешить не надо, — ответила
за себя и за Ковальчук, Юля.
— Тонь, а ты сможешь? Твои-то против не будут?
— Нет, — с улыбкой успокоила она Ольгу.
— Тогда после работы, пойдем в кафе около метро, — подытожила Колесникова.
На обед было решено не ходить, а найти что-нибудь в комнате отдыха. Дружинин
заглянул к девочкам в кабинет и спросил:
— Девушки, а вы что обедать не идете?
— Нет, мы сегодня здесь, — отозвалась Тоня.
— А что так? — немного удивился он.
— Мы сегодня вечером в кафе идем посидеть, так что решили не забивать желудки перед
этим, — спокойно сказала Юля не отрываясь от монитора.
— Какой-то праздник? — не отставал Саша.
— Нет, — глянув исподлобья на Ольгу и видя, как она бледнеет, Юля посмотрела на
мужчину и ответила, — а нам, чтобы посидеть в чисто женской компании, повод не нужен.
— Все понятно, ладно, тогда извините.
— Да, не за что, — все так же просто отозвалась за всех Колесникова.
Оля старалась даже не смотреть на Сашу, боясь, что ее глаза скажут все за нее. Она
корила себя за слабость и нерешительность, но пока ничего не могла с этим поделать.
«Потом, я скажу ему потом», — мысленно, повторяла она.
Дружинин вышел из офиса, нервно крутя в руках брелок с ключами. Он не понимал, что
произошло, но Ольга стала какой-то нервной и неразговорчивой. Ему все больше не
нравилось то, что именно она недоговаривала. Саша уже начал действовать в отношении
Оли, но не резко, а постепенно. Уже скоро в его планы входило признаться ей в своих
чувствах, а потом попросить расстаться с Марковым. Разговор с Мариной не был для него
первостепенной задачей, потому что Саша уже точно решил разорвать с ней все
отношения. А сказать «Между нами все кончено», он всегда успеет. Сейчас главное для
него — это доказать Оле серьезность своих намерений и убедить остаться с ним.
***
Девушки сидели в кафе и говорили обо всем и ни о чем. Больше конечно вспоминали
веселые случаи на работе, происходившие с каждой из них. Девичник удался на славу, но
тему отъезда Ольги ни одна девушка поднять не могла. Тоня не понимала принятие такого
решения, а Юля решила просто воздержаться, чтобы ненароком не наговорить лишнего.
Вечер уже подходил к концу, когда Колесникова вылезла из-за стола и, сказав, что скоро
подойдет отошла кому-то позвонить. Ковальчук посмотрела на грустную Ольгу и
спросила:
— Оля, а ты Саше рассказала?
Ей не требовался ответ, потому что она его знала, достаточно оказалось посмотреть на
реакцию Шаховой, когда Саша поинтересовался поводом сбора.
— Пока нет, — тихо ответила Ольга.
— И когда ты собираешься поставить его в известность?
— Не знаю, — закрыв лицо руками, простонала девушка.
— Ты не думаешь, что он должен был об этом узнать в первую очередь?
Резко вскинув взгляд, Оля ответила:
— Тоня, я не могу сейчас ему рассказать, у него только недавно сестра и племянница
уехали в Питер, а если еще и я скажу, что переезжаю туда же, боюсь представить, что с
ним будет.
— Ты думаешь, если он узнает об этом позже, ему будет легче? — удивилась она наивности
подруги.
— Надеюсь, — неуверенно ответила Шахова.
— Ольга, ты обманываешь себя и прекрасно понимаешь это. Все равно, когда ты решишься
рассказать, ему в любом случае будет больно.
— Я не хочу, — тихо сказала Оля и вытерла слезы, брызнувшие из глаз.
— Чего именно?
— Не хочу причинять ему боль.
— Всем не угодишь. Ох, Оленька, вы загнали себя в такую яму, я и не знаю, что тебе