На орбитальной станции загадочным образом гибнет генетик-исследователь, высокоинтеллектуальному роботу является император Наполеон и предупреждает об опасности, грозящей человечеству, умная машина заменяет одинокому мальчику отца и помогает ему стать настоящим человеком — все это мир азимовской фантастики, способной ставить и решать человеческие проблемы, погружать читателя в мир невероятных приключений и даже предвидеть будущее.Этот сборник рассказов, действие которых происходит в мирах, созданных Айзеком Азимовым, — лучшее тому подтверждение. Среди авторов — Гарри Гаррисон, Рей Брэдбери, Роберт Шекли, Пол Андерсон, Орсон Скотт Кард и другие знаменитые фантасты современности.
Авторы: Айзек Азимов, Брэдбери Рэй Дуглас, Гаррисон Гарри, Хох Эдвард Д., Вилсон Фрэнсис Пол, Роберт Шекли, Кард Орсон Скотт, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Молзберг Барри Норман, Сильверберг Роберт, Конни Уиллис, Резник Майкл Даймонд, Клемент Хол, Бова Бен, Шейла Финч, Сарджент Памела, Уэллен Эдвард, Файн Бетси Спайгельман, Зебровски Джордж, Азимов Джанет Джеппсон
деньги переходили из рук в руки где-нибудь в таверне по соседству. Именно поэтому тот парень и не уточнял, куда именно надо прийти. Они и без того знали это место.
— Знаете, это ни к чему нас не приведет, — вмешался Эйвелон. — Боюсь, Уолтер, мы просто не владеем достаточной информацией, чтобы решить эту вашу проблему… Исходя из тех скудных фактов, о которых вы упомянули, дело обстоит следующим образом. Или те два студента действительно обсуждали серьезную попытку подкупа избирателей, или же говорили о чем-то совершенно другом.
Халстед насмешливо фыркнул:
— Да о чем же еще они могли говорить, если произносили такое слово, как выборщики? И при этом сами направлялись на участок для голосования? Это все равно, что говорить о бомбе, находящейся на борту авиалайнера. Нет, совершенно очевидно, что речь шла о подкупе!
Генри подлил в опустевшие стаканы бренди, и тут Рубин обратился к нему:
— А ты что думаешь по этому поводу, Генри? Есть какие-нибудь соображения?
Конгрессмен Луттс нахмурился.
— Но позвольте, кого вы спрашиваете? Ведь это всего лишь официант!
— О, наш Генри нечто большее, чем просто официант, — объяснил ему Рубин. — Он один из нас. И очень часто предлагал самые оригинальные выходы и решения, когда мы сами были не в силах справиться с той или иной проблемой.
— Возможно, я смогу чем-то помочь, сэр, — сказал Генри.
— Погодите минутку, — вмешался Трамбалл и вскинул вверх обе руки, словно призывая присутствующих к порядку. — Мы обсуждаем очень серьезный вопрос. Что, если рассуждения Генри заставят нас прийти к выводу, что выборы действительно были продажными? С какими ощущениями вы тогда вернетесь в Конгресс? Какие действия предпримете?
— Действия? — переспросил Уолтер Луттс. — Знаете, я как-то не задумывался об этом.
— Вы подадите в отставку?
— Я… Я не знаю.
— Лично я всегда был очень высокого мнения о вашей деятельности в Палате представителей, — продолжил Том Трамбалл. — И мне бы очень не хотелось, чтоб наша страна потеряла такого политика… возможно — из-за сущего пустяка. Из-за ситуации, которую он не в силах проконтролировать.
— С чего это вы решили, что он был не в силах ее проконтролировать? — Возразил Гонзаго. — Мне лично он тоже симпатичен как политик, но его помощники…
— Но разве он рассказал бы нам об этой странной истории, если бы действительно подкупал избирателей? Ты думай, что говоришь, Марио!
Тут в голосе Эйвелона снова зазвучали командирские нотки:
— Давайте лучше послушаем, что скажет Генри.
А уж потом будем решать, стоит ли подавать конгрессмену в отставку. Итак, Генри?..
— Видите ли, сэр, мне кажется, что вы за этими разговорами как-то позабыли о тех двух студентах. И мне кажется, что конгрессмен, проживший вблизи кампуса в течение нескольких лет, вполне способен отличить студента от любого другого молодого человека. То, очевидно, были студенты-выпускники, но с какого именно они факультета, сейчас значения не имеет. Гораздо интереснее сам предмет их разговора. Лично мне, хоть мой опыт общения с этими молодыми людьми и ограничен, кажется, что студенты, конечно, могут говорить на темы политики. Но они обсуждают и разные другие вещи — женщин, свои занятия…
— Нет, о женщинах они ничего не говорили, — вставил Дрейк.
— Нет так нет. А о занятиях? Разве вам ничего не говорит фраза второго молодого человека?
— «Просто, как Гомэс»? — задумчиво повторил Дрейк. — Нет, это выражение мне совершенно непонятно. Возможно, Мэнни и прав и речь действительно идет о Холмсе.
Лицо Генри оставалось невозмутимым, но в глазах замерцал лукавый огонек.
— Допустим, мы исключим бессмертного Шерлока Холмса и равно бессмертного Оливера Венделла Холмса.
Что тогда у нас остается?.. Нет, мне кажется, все должны согласиться, что конгрессмен точно воспроизвел эту вторую фразу. И слово было действительно «Гомэс».
— Да, но что тогда означает вся эта фраза «Просто, как Гомэс»?.. Не вижу смысла, — пробормотал Трамбалл. — Какое-то латиноамериканское имя, причем, как известно, пишется оно через «е», а не «э». И почему это должно быть просто, как этот самый загадочный Гомэс?.. — недоуменно спросил Трамбалл. — Возможно, еще будучи школьником, вы знали эту фразу, а теперь забыли, — сказал Генри. — Слово «Гомэс» — это своего рода ключ к запоминанию. Так школьники пытались запомнить названия пяти Великих озер Гурон, Онтарио, Мичиган, Эри и Сьюпериор.
Рубин радостно закивал.
— Да, точно! Кстати, это слово очень часто встречается в разных загадках и кроссвордах. Но при чем здесь первая фраза загадочной
