На орбитальной станции загадочным образом гибнет генетик-исследователь, высокоинтеллектуальному роботу является император Наполеон и предупреждает об опасности, грозящей человечеству, умная машина заменяет одинокому мальчику отца и помогает ему стать настоящим человеком — все это мир азимовской фантастики, способной ставить и решать человеческие проблемы, погружать читателя в мир невероятных приключений и даже предвидеть будущее.Этот сборник рассказов, действие которых происходит в мирах, созданных Айзеком Азимовым, — лучшее тому подтверждение. Среди авторов — Гарри Гаррисон, Рей Брэдбери, Роберт Шекли, Пол Андерсон, Орсон Скотт Кард и другие знаменитые фантасты современности.
Авторы: Айзек Азимов, Брэдбери Рэй Дуглас, Гаррисон Гарри, Хох Эдвард Д., Вилсон Фрэнсис Пол, Роберт Шекли, Кард Орсон Скотт, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Молзберг Барри Норман, Сильверберг Роберт, Конни Уиллис, Резник Майкл Даймонд, Клемент Хол, Бова Бен, Шейла Финч, Сарджент Памела, Уэллен Эдвард, Файн Бетси Спайгельман, Зебровски Джордж, Азимов Джанет Джеппсон
последовал вслед за Чайлом — правда, не столь стремительно.
— Роб! — вскрикнула Шейла и подобрала ноги, готовясь к прыжку. Однако вовремя опомнилась и не стала предпринимать столь рискованных действий. Помогли еще Луис и Майк, ухватившие ее за щиколотки.
И все могло бы окончиться вполне благополучно, если б она распустила звенья цепи, которую предварительно подобрала. Но отпустить Линга она не смогла — просто инстинктивно. И вот финальный рывок робота передался ей по цепи, и после двух томительно медленных скачков, сопровождаемых беспомощным и бесплодным цеплянием за неровности в поверхности с целью хоть как-то удержаться и криков «Нет, нет!», она тоже начала падать с обрыва. Испуганные и потрясенные наблюдатели увидели, как иноземный робот протянул руку, словно пытаясь перехватить Шейлу на лету, но не успел.
— Считаю, нам не стоит ждать, когда мы окажемся на дне. Надо попробовать выбраться, прежде чем это случится. А вот какова глубина этой пропасти, трудно сказать, — заметил Линг. — Уверен, что времени составить завещания нам хватит.
— Девять минут тридцать три секунды, — тут же уточнил Чайл. Он успел сунуть носок ступни под цепь и пытался подтянуть троицу друг к другу. Если мы не успеем и приблизимся ко дну, вы двое крепче держитесь друг за друга, а я в последний момент попробую оттолкнуться от вас вверх изо всех сил и перевести тем самым инерцию падения на себя. Шансов спасти ваши жизни при этом не так много, но это, похоже, единственный выход. У нас нет…
— Спасибо, Чайл, поверим тебе на слово. Это снова тот самый робот, Линг? Слишком уж быстро все происходит, невозможно уследить.
— Боюсь, что так. Он явно имеет против меня зуб. Или же, скорее, против любого другого человека, осмелившегося прикоснуться к кубу. Странно, почему это он до сих пор не тронул вас, ведь вы собирались сделать то же самое.
— Вот почему я хочу, чтоб все вы трое собрались вместе, и чем скорей, тем лучше, — перебил его Чайл. — Шейле от этого никакого вреда не будет. К тому же куб здесь и мы сможем тут же его поймать. Если все мы будем находиться в контакте, как я сейчас с Шейлой, он вряд ли осмелится разлучить нас снова. Но ты, Роб, все еще на самом конце цепи. А потому я не уверен, что он не предпримет попытки отсоединить тебя.
— Но к чему? Ведь я…
— Пожалуйста, замолчи, Роберт. Просто продолжай подтягиваться на цепи со своей стороны. Боюсь, это придаст нам дополнительное вращательное движение, что довольно неприятно, но зато сам ты будешь в большей безопасности. А вот и куб.
Все происходило, как в замедленной киносъемке.
Куб с примостившимся на нем призраком медленно проплыл над ними. В течение целой минуты он, казалось, наблюдал за тем, что происходит, затем проскользнул под троицей, подплыл ближе и вытолкнул Шейлу из бездны. У Бронвен было достаточно времени, чтоб размотать оставшуюся часть цепи, но использовать ее уже не было необходимости.
— Так, значит, тебе удалось разгадать инопланетные символы, — заметил Линг. — Но почему эта штуковина принимает за человека именно Шейлу, а не меня?
— Я их не разгадал. То лишь интуитивная форма мышления, вернее, ассоциативная. Ну, когда, допустим, Чиспа усмотрела в тени очертания корабля…
— А в горном хребте то, что все мы назвали Стегозавром?.. — добавил Майк.
— И лицо, которое узрел в пятне Рорчача наш Роб, — подхватил Зет-Эйч-50. — И с позитронными мозгами типа моих это тоже случается. Очевидно, то неотъемлемая часть любого интеллекта, искусственного или природного, так я, во всяком случае, слышал.
У Дамбо, разумеется, ничего подобного не наблюдается. Ему всего-то и нужно, чтоб работающая с ним Шейла использовала свой человеческий интеллект.
И тот, другой робот, очевидно, наделен теми же качествами, причем совершенно неважно, позитронные ли у него мозги или нет. По всей видимости, он принял меня и другие фигуры в черных шлемах за роботов, не стоящих того, чтоб с ними хоть как-то считались. А вот существа в белых шлемах для него, очевидно, символизируют людей.
— С чего это ты взял?
— Модели поведения — это тоже данные. И тоже могут быть интерпретированы чисто интуитивно. В точности так же я расценивал действия того робота, вот и он оценивает вас таким же образом. К примеру, все то время, что мы пытались обследовать этот куб, мужчины, возможно чисто подсознательно, предпочитали оставаться между своими спутницами и краем обрыва. Думаю, что ключ к разгадке подобного поведения возник у робота еще у Барко, когда мы…
— Когда этот идиот Линг взял на себя риск и отпихнул меня от края холма! — воскликнула Шейла.
— Да, похоже на то.
— Но на самом деле никакого риска в том не было. Секунд за пять
