На орбитальной станции загадочным образом гибнет генетик-исследователь, высокоинтеллектуальному роботу является император Наполеон и предупреждает об опасности, грозящей человечеству, умная машина заменяет одинокому мальчику отца и помогает ему стать настоящим человеком — все это мир азимовской фантастики, способной ставить и решать человеческие проблемы, погружать читателя в мир невероятных приключений и даже предвидеть будущее.Этот сборник рассказов, действие которых происходит в мирах, созданных Айзеком Азимовым, — лучшее тому подтверждение. Среди авторов — Гарри Гаррисон, Рей Брэдбери, Роберт Шекли, Пол Андерсон, Орсон Скотт Кард и другие знаменитые фантасты современности.
Авторы: Айзек Азимов, Брэдбери Рэй Дуглас, Гаррисон Гарри, Хох Эдвард Д., Вилсон Фрэнсис Пол, Роберт Шекли, Кард Орсон Скотт, Андерсон Пол Уильям, Тертлдав Гарри Норман, Молзберг Барри Норман, Сильверберг Роберт, Конни Уиллис, Резник Майкл Даймонд, Клемент Хол, Бова Бен, Шейла Финч, Сарджент Памела, Уэллен Эдвард, Файн Бетси Спайгельман, Зебровски Джордж, Азимов Джанет Джеппсон
— А что случается в конце бесконечности, а, Флетчер?
— Ну… э-э… абсолютная энтропия… взрыв и гибель Вселенной.
— Именно! Финальное энтропийное разрешение. Все молекулы равномерно распределятся в пространстве. И стремящемуся к воде тиотимолину просто некуда больше будет идти. Конец пути — он и есть конец. И плутоний отправится туда же, и вода, с которой так стремился воссоединиться тиотимолин. Все они исчезнут, канут в антивремя.
— Антивремя… — глухо пробормотал Флетчер. — Антивремя?..
— Естественно. В ту точку отсчета, которая наступает перед созданием новой Вселенной. Все пребывает в статичном состоянии, нулевое время, неопределенная температура. Масса, из которой состоит Вселенная, бесформенна, неопределенна. И тут прибывают тиотимолин, плутоний и вода! — Глаза Асениона сверкали, лицо раскраснелось. Он возбужденно размахивал клочком бумаги, словно то был некий магический талисман. — И будет страшный взрыв! Большой бах-ба-бах, грубо выражаясь! Начало всех начал. И ты или, может, я станем истинными создателями, родителями и творцами новой Вселенной!..
Совершенно огорошенный Флетчер довольно долго молчал. Затем спросил:
— Ты это серьезно?
— Я всегда отношусь к делу очень серьезно… Так что выход есть. Упаковывай свой плутоний и отсылай. Неважно, сколько для этого понадобится кораблей, все равно все они попадут в нужное место в нужный час. И эффект будет тот, о котором я только что говорил. Кстати, другого выхода просто не существует. От плутония действительно надо избавляться. И, — в глазах его сверкнула так хорошо знакомая Флетчеру лукавая искорка, — Вселенную в любом случае стоит попробовать создать. Чтобы наш род, наша мысль не прервались. А создать ее можно только таким способом. Не только можно, должно. Это неизбежно, несомненно, необходимо, это приказ! Ну? Ты понял?
— Э-э… нет… да. Возможно… Нет, думаю, все-таки понял, — словно во сне пробормотал Флетчер.
— Ну и хорошо. И если сейчас до конца не понимаешь, потом поймешь.
— Но мне надо… обсудить это с другими.
— Конечно, само собой. Именно так привыкли действовать люди. А потому я здесь, а ты там… — Асенион пожал плечами. — Особой спешки не вижу. Какая разница, когда создавать Вселенную. Можно завтра, можно через неделю. Рано или поздно она все равно появится. Должна появиться, поскольку и наша тоже появилась в свое время. Понимаешь?
— Да. Да, понимаю. А теперь… э-э… извини ради бога, — Флетчер замялся. — Но у меня… Я тут договорился поужинать с одним человеком.
— Но ведь и это может подождать, разве нет? — Асенион улыбнулся во весь рот, дружелюбно и весело. Похоже, он был искренне рад, что помог. — Забыл кое-что тебе показать. Совершенно замечательное растение. В своем роде просто уникальное… Нидулариум. Произрастает в Бразилии, причем до сих пор даже не имеет официального названия. И знаешь, что самое удивительное? Вот-вот зацветет! А потом, Флетчер, потом я покажу тебе такое!.. Впрочем, сам сейчас увидишь!
Перевод с английского Н. Рейн
— Да будет день!
И день, повинуясь его приказу, настал. Отраженный солнечный свет послушно затопил жилой отсек в самой сердцевине «Терраниума-9».
Кейт Флэммерсфелд ощутил этот свет с закрытыми глазами и понял, что в окружающем его маленьком мирке тепло и безопасно. И лениво снял с головы интерактивный шлемофон, подсоединенный к видео, по которому он смотрел «Зазеркалье». Изображение тут же исчезло с экрана.
Он открыл глаза, сел в койке, сильно потянулся.
И зевнул — до боли в челюстях. Зевок на мгновение убрал припухлости, образовавшиеся в уголках довольно красивого рта и напоминавшие щечки бурундука. Затем для поддержания формы и мышечного тонуса он снова улегся на спину и минут пять занимался в уме аэробикой. Ему было под сорок, но хотелось выглядеть моложе.
Взбодрившись после всех этих упражнений, он сел и поставил ноги на коврик. И задумался, с чего лучше начать. С отправлением естественных нужд можно, пожалуй, и подождать, а вот желудок настойчиво требовал своего. И он вызвал поднос.
Поднос выполз из автомата-раздатчика на уровне его бедер. И Флэммерсфелд воздал должное завтраку, состоявшему из фруктов, овощей и злаковых. Все это произрастало здесь, на «Терраниуме-9». Поднос почувствовал, когда с него смели последние крошки. И сам задвинулся обратно.
Флэммерсфелд встал, стянул пижамные шорты, бросил их в дезинтегратор. Затем шагнул в туалетный блок,
