Кусачие зубы

бицепса показывалась татуировка «Деф Лаппард», напоминая Хогану, как менялись на ходу слова «НЕВАДА — СТРАНА ГОСПОДНЯ» на майке Майры.
Хоган, схватившись обеими руками за пряжку ремня, вцепился в захваты большими пальцами с не меньшей силой, чем мальчишка в его дыхательное горло. Никакой реакции. Ремень заморозило. Он снова обернулся к мальчишке.
Тот дополз до складной постели и остановился, его лицо снова приняло комичное выражение крайней растерянности. Он смотрел прямо перед собой видимо, на что-то на полу, и Хоган вдруг вспомнил о Китовых Кусачих Зубах. Они все еще клацали.
Вдруг Зубы вышли из раскрытого конца порванного бумажного мешка на своих смешных оранжевых ножках. Клыки, резцы и коренные зубы быстро сходились и расходились, производя звуки, подобные биению кусочка льда в шейкере. оранжевые, в крохотных белых пятнышках туфельки, казалось, шлепали по серому ковру. Хогану вспомнила Фред Астер с тросточкой под мышкой и с соломенной шляпой в вытянутой руке.
— О, дерьмо! — насмешливо произнес подросток. — Этим ты меня бил? Я убью тебя, Этикеточный Чувак, и тем принесу пользу миру.
«Ключ, — подумал Хоган. — Ключик сбоку, которым они заводятся… не вращается».
И вдруг его опять осенило: он точно понял, что сейчас произойдет. Мальчишка хотел их достать.
Зубы вдруг перестали идти и клацать. Они просто остановились на наклонном полу фургона, чуть-чуть разведя челюсти. Хотя у них не было глаз, они, казалось, с любопытством рассматривали молокососа.
— Кусачие Зубы, — удивленно произнес мистер Брайан Адамс из Ниоткуда, США. Он потянулся и обхватил их правой рукой точно так, как предвидел Хоган.
— Кусайте его! — закричал Хоган. — Откусите ему чертовы пальцы немедленно!
Голова сосунка отдернулась, в серовато-зеленых глазах застыло изумление. Он взглянул на Хогана с идиотским видом, а потом принялся хохотать. Смех его звучал на высоких тонах визгливо, в унисон с ветром, который завывал о всем фургоне и развевал шторы, словно призрак.
— Кусайте меня! Кусайте меня! Ку-у-у-сайте меня! — причитал юнец, будто это был самый страшный анекдот, который он слышал в жизни. — Эй, Этикеточный Чувак! А я-то думал, что это я ударился головой!
Он зажал рукоятку ножа в зубах и сунул указательный палец левой руки между Кусачими Зубами.
— …сайте-е-е! — кричал он с ножом во рту. Он хихикал и вертел пальцем между гигантскими челюстями. — Сайте-е-е! …вайте… сайте-е-е!
Зубы не двигались. Оранжевые ножки тоже. Предчувствие Хогана улетучилось, как сон. Парнишка еще раз повертел пальцем между Кусачими Зубами, начал вытягивать его… и вдруг завопил во всю глотку:
— О, дерьмо! ДЕРЬМО! СВОЛОЧЬ!
У Хогана сердце чуть не выскочило из груди, а потом он понял, что, хотя юнец еще вопит, на самом деле он смеется. Смеется над ним, Зубы все это время оставались совершенно неподвижными.
Сопляк взял Зубы в руки, чтобы присмотреться к ним, а нож вынул изо рта. Он поводил длинным лезвием перед Зубами, словно учитель перед нерадивым учеником.
— Кусаться нельзя, — сказал он. — Это очень плохое повед…
Одна оранжевая ножка вдруг сделала шаг вперед на грязной ладони подростка. Тут же раскрылись челюсти. И прежде чем Хоган сообразил, что происходит, Кусачие Зубы сомкнулись на носу сопляка.
Тут уж Брайан Адамс завопил по-настоящему — от боли и неизбывного изумления. Он вцепился в Зубы правой рукой, пытаясь стащить их, но они вцепились в его нос так же крепко, как ремень вокруг Хогана. Кровь с обломками хрящей потекла красными струйками между клыками. Парень подался назад, и какое-то время Хоган видел только его дергающееся тело, мельтешащие локти и брыкающиеся ноги. Потом сверкнул нож.
Мальчишка снова завопил и уселся на пол. Длинные волосы как занавеской закрывали ему лицо; сцепленные зубы торчали, будто руль какого-то странного корабля. Ему как-то удалось просунуть лезвие ножа между Зубами и тем, что осталось от его носа.
— Убейте его! — хрипло выкрикнул Хоган. Он терял рассудок; где-то в глубине не осознавал, что теряет рассудок, но сейчас это не имело никакого значения. — Давайте, убейте его!
Парнишка издал долги, пронзительный, как пожарная сирена, вопль и повернул нож. Лезвие хрустнуло, но ему удалось немного развести челюсти. Они упали ему на колени. Вместе с частью носа.
Сопляк откинул назад волосы. Он скосил свои серовато-зеленые глаза, пытаясь видеть искромсанный обрубок посреди лица, рот исказился гримасой боли; вены на шее вздулись, как провода.
Мальчишка потянулся за Зубами. Они немного отбежали назад на своих карикатурных оранжевых ножках, они маршировали на месте, ухмыляясь юнцу, который сидел