Лазоревый грех

Звонил Дольф в полном отсутствии восторга. Пока он меня ждал, пришел другой вызов на место другого преступления. Дольф злился на штучки Джейсона по телефону, на оба преступления, а особенно, похоже, — на меня лично.

Первое место преступления находилось в Вилвуде — новом бастионе денег и общественного положения. Когда-то престижными адресами были Ледью, Клейтон, Крив-Кур, но все это в прошлом. Нет, по-настоящему престижное место сейчас только Вилвуд. А то, что он торчит посередине чертовых куличек, не смущает нуворишей и тех, кто старается им подражать. Лично у меня единственная причина, по которой я живу на отшибе и по куда менее фешенебельному адресу, проста — я не хочу, чтобы мои соседи попадали под выстрелы.
К тому времени, когда Джейсон проехал по всем извилистым дорогам, ведущим к месту убийства, мы выяснили несколько моментов. Во-первых, у меня появилась светобоязнь, так что меня спасали только темные очки. Во-вторых, моему желудку петляющие дороги не нравились. Нам не пришлось останавливаться, чтобы я проблевалась, и это было хорошо, поскольку, если не съезжать на чью-нибудь подъездную дорожку, деваться с дороги было некуда. Вокруг нее тянулись леса, холмы, укрощенная природа, где уже не бродили настоящие волки и даже бурые медведи нашли себе укрытия подальше.
Деревья сверкали осенним лоскутным одеялом. Вообще-то я люблю ездить в октябре по лесным дорогам. Сегодня все прелестные цвета означали только мелькание «техниколора» в глазах, отчего тошнота становилась сильнее.
— Как ты это выдерживаешь? — спросила я.
— Если бы ты проспала целый день, как нормальный слуга-человек или pomme de sang, тебе бы не было плохо.
— Извини, что у меня работа дневная.
— И если бы Ашер взял лишь столько, сколько нужно для питания, тебе могло стать плохо совсем чуть-чуть, — он прошел поворот, — но, я думаю, куда хуже то, что Ашер сделал с тобой в параллель взятию крови. — Он помолчал. — Честно говоря, недомогания вообще не должно было быть.
Мы перевалили подъем, и дальше тянулись на мили пологие холмы, укрытые алым, золотым, бордовым и коричневым — как древние карты забытых мест.
— Зато меня хотя бы не тошнит уже, когда я гляжу на эту цветную прелесть.
— Это хорошо, но все же послушай меня, Анита. Когда ты поспишь и чуть отлежишься, все должно быть отлично.
Он осторожно вошел в следующий поворот, куда медленнее, чем в первый.
— Так что же не так? — спросила я.
Он пожал плечами и еще сбросил скорость, разглядывая адрес на почтовых ящиках.
— Дольф сказал, что место преступления — на главной дороге. Ты его не пропустишь, Джейсон.
— Почему ты так уверена?
— Вот увидишь.
Он блеснул улыбкой. Его глаза тоже были скрыты зеркальными очками.
— Я тебе верю.
— Так что же было не так? — спросила я снова.
— Что они делали, когда наступил рассвет? — спросил он, снова набирая скорость и входя в поворот чуть быстрее, чем мне хотелось бы.
— Ardeur. Ашер кормился, и… — я на секунду замялась, — был в процессе секса.
— С двумя сразу, — сказал он с деланной серьезностью. — Ты меня разочаровываешь, Анита.
— Чем?
— Тем, что меня не позвали.
— Скажи спасибо, что ты сейчас за рулем.
Он осклабился, но на этот раз не отвернулся от дороги.
— А почему, ты думаешь, я такое говорю, когда я за рулем? — Он притормозил. — Теперь понятно, почему я не пропустил бы.
Я тоже посмотрела на дорогу. Полицейские машины, с мигалками и без. Две «скорых» у края дороги, практически перекрывающие движение. Если бы нам надо было дальше, пришлось бы искать объезд. Но, к счастью, нам было сюда.
Джейсон съехал на обочину, приминая траву в тщетной попытке оставить место кому-нибудь, кто ехал бы за нами.
Он не успел еще заглушить мотор, как к нам направился полицейский в мундире. Я вытащила из кармана нагрудную табличку. Я, Анита Блейк, истребитель вампиров, теоретически являюсь федеральным маршалом. Все охотники за вампирами, имеющие на данный момент лицензию какого-либо штата, получили повышение до федерального статуса, если могли выдержать тест на стрельбище. Я выдержала, и теперь я — федеральный сотрудник. В Вашингтоне продолжались споры, можно ли нам что-то прибавить к тем крохам, что нам платит штат за ликвидацию, — чего совершенно недостаточно, чтобы сделать эту работу основной. Но ведь, к счастью, не так много вампиров срывается с цепи в каждом штате, чтобы нужен был постоянный ликвидатор.
Я не получаю дополнительных денег, так зачем же мне табличка? Да затем, что с ней я могу гоняться за вампиром или другим противоестественным преступником