Идет война на уничтожение. Одна из сторон проиграла, другая празднует победу. А те, кто остался после войны уже никому не нужны. Но вновь льется кровь и бывшие опытные войны встают на защиту пошатнувшегося мира.
Авторы: Холодов Роман Владимирович
для фронта, все для победы — этот давний лозунг и сейчас был особенно актуален. Конечно, определенная часть нации решила не вмешиваться в конфликт, стараясь отсидеться где-нибудь, но даже их достала война, когда республиканцы затеяли «охоту на ведьм», объявляя всех шпионами Союза. Каждый получил то, что заслуживал.
Захар отвлекся от грустных дум и остановился возле заведения, над входом в которое, выполненным в виде двух створок как в салуне на Диком Западе, красовалась вывеска — «Резвый Мул». Рядом с надписью в красках был нарисован быкоишак, прыгающий, как ужаленный. Видимо художник так представил себе портрет словесно описанного животного. Захар толкнул двери и вошел в полутемное помещение — здесь экономили электроэнергию.
Над несколькими столиками были развешаны абажуры с лампочками. Вдоль длинной стойки расположился ряд табуретов. Захар занял один, расположившись лицом ко входу и к залу. Чтобы наблюдать находящуюся там публику. Бармен за стойкой, обслужив двух посетителей — мужчину и женщину — вернулся на свое место и обратился к Захару.
— Что желаете?
— Есть что-нибудь из легкого спиртного — пиво там или винцо какое-нибудь? — Захару было совершенно до фонаря что пить — все равно в организме алкоголь растворился бы за считанные секунды. Один из недостатков, которым биоинженеры награждали всех космопехов.
— Есть марсианское пиво, вино из венерианской лозы, пиво «Золотая звезда» и «Астра», настойка «Марципан», да еще много чего, все на витрине. — Бармен сделал широкий жест рукой, демонстрируя богатую коллекцию бутылок.
— Марсианское пиво больше напоминает по вкусу мочу старого китайца, — сморщился Захар, — вино из лозы словно перезрелый лимон — жуткая кислятина, «Золотая звезда» и «Астра» неплохие на вкус, но цены на них, я смотрю, заоблачные. А «Марципан» заказывают только мальчики, у кого кошельки ломятся от плиток. Поэтому я, как честный трудяга, выпью бутылочку простого «Дизеля». — С этими словами Захар положил на стол плитку.
Бармен не показал своего разочарования, смел деньги под стойку и выдал требуемое. После чего уже собирался отвалить в сторону и заняться любимым делом — стаканы тереть — но Захар не дал ему этого сделать, перехватив руку.
— Любезный. — Начал он. — У меня серьезное дело, не терпящее отлагательств. А вы здесь много кого знаете. Не подскажите ли, как найти толкового механика-моториста, берущего недорого, да умеющего держать язык за зубами?
Бармен на секунду задумался.
— Ну если вам не по вкусу «Золотая звезда», то я думаю, что не смогу вам помочь.
Захар намек понял и выложил на стойку плитку, за которую можно было бы купить не только «Звезду», но и пару ящиков «Марципана». Бармен слизнул плитку, как корова языком и расплылся в улыбке.
— Нужный вам ценный кадр изредка захаживает в мое скромное заведение. Он сейчас как раз в поиске работы. Если вы подождете немного, то я смогу устроить вашу с ним встречу.
— Идет. — Захар кивнул.
Ему было все равно, в какой бар идти. У всех местных барыг давно налажены связи с такого рода работниками. Шлюхи, наркоторговцы, продавцы оружия, краденных вещей и паспортов, вся эта теневая структура завязана на барменах, через которых и реализует свой товар. Почему бы им не иметь в запасе нескольких высококвалифицированных механиков, делающих свой маленький гешефт вне основной работы. Захар отлично знал такую публику — в свое время учитель попался больно хороший. Его бывший напарник Николай — пожилой ветеран-инструктор, натаскивающий в учебке курсантов, а затем, когда народу перестало хватать и сам надевший экзоскелет и ведущий в бой команду абордажников, вырезающий ножами-кхукри республиканцев как овец в стаде. Он должен был умереть в бою, но погиб от удушья где-то на вражеском корабле и Захар не успел ему на выручку. Когда он, наконец, добрался до тела было уже поздно — ветеран с синим лицом лежал на полу, а вокруг него только безвоздушное пространство. Единственное, что смог сделать космопех — это похоронить его с честью. Ножи-кхукри так и остались у Николая — Захар вложил их в руки и закоротил экзоскелет так, чтобы уже ни один мародер не смог до них добраться.
Космопех кивнул бармену, соглашаясь на предложение. Тот побежал звонить, а в это время в бар ввалились трое чуть подвыпивших республиканских воина — судя по нашивкам два пилота и борттехник. Они, конечно, были навеселе, но вели себя все же довольно прилично. Хотя женщина насторожилась и предложила мужчине уйти, на что тот пробурчал непонятное себе под нос и продолжил трапезу, совершенно не обращая внимания на троицу.
Те расположились за столиком неподалеку от Захара. Каждый, конечно, кинул любопытный взгляд в его сторону, но то
