Лёд твоего сердца

Я осторожно пригубила. По вкусу, похоже, вино — терпкое, благородное. Явно дорогое.
Закрыла глаза — по венам медленно разливалось благодатное тепло. И в этот же момент почувствовала движение — невидимый водитель тронул педаль газа и повел роскошный автомобиль вперед.
— Куда вы… куда мы едем?
Вместо ответа человек в шубе мотнул головой, указывая на кубок.
— Пей, если не хочешь сойти с ума.
Что ж, дельный совет. Присосавшись к кубку, я в три глотка вылакала все до самого дна. И вовремя — потому что только поплывший от алкоголя мозг смог бы воспринять то, что произошло в следующие несколько секунд.
Проехавшись метров сто по заснеженной подъездной дороге, машина дернулась, подскочила, будто на ухабе, но вместо того, чтобы нырнуть носом… резко рванула вверх.
Иными словами — взлетела.
— О, боже, что это… — захныкала я, цепляясь взглядом за ухнувшие вниз крыши домов.
Вино резко ударило в голову, и я почувствовала, что растекаюсь, тону в этом роскошном кожаном сиденье, барахтаюсь, будто в море расколотого льда… И что мне холодно. Снова очень холодно.
— Как жаль… — сказали над моим ухом.
На грани между явью и беспамятством, я вздрогнула и сфокусировала взгляд.
Его лицо нависало надо мной — такое же, как и раньше — холодное и отстраненное. Только в глазах появилось нечто новое. Будто лунку пробурили в вечной мерзлоте, под которой — хоть и заснувшая на зиму, но всё же жизнь.
Когда он успел пересесть на мое сиденье? И неужели мы и в самом деле… летим?
— Что… жаль? — вместо всех этих вопросов спросила я.
— Жаль, что ты скоро станешь такой же, как они , — ответил мой спаситель и провел пальцем вниз по моему носу. — Что тебе нужно будет лишь знание…
Я зажмурилась — до такой степени непреодолимо тянули вглубь его глаза — еще секунда, и я с головой погружусь в этот плещущийся синевой ледяной бассейн. И покрутила головой.
— Я не хочу… знание… Не хочу, как они…
Он отпрянул, и я открыла глаза.
— Не хочешь?
Я помотала головой.
— А чего же ты хочешь, человечка? — спросил он, взяв меня пальцами за подбородок. — Чего еще ждешь от Снежного Короля?
Холод подобрался под самое сердце и окружил его, будто армия орков эльфийский замок. Выстукивая зубами чечетку, я просипела.
— Хочу тепла… Чтобы тепло было… И домой… домой хочу…
Он улыбнулся — не холодно, а как-то грустно, будто в осознании некой истины, недоступной мне.
А потом, нырнув головой вниз, накрыл мои губы своими.
Лед. Невозможно мягкий и податливый — вот, что я почувствовала от прикосновения его рта. Его поцелуй был похож на мороженное — холодный, тягучий и невыносимо сладкий.
— Слушай меня внимательно, детка, — оторвавшись от моих губ, мужчина привстал, перегнулся через сиденье и достал что-то большое и пушистое из багажника. Шуба, поняла я. Серая, лоснящаяся соболиная шуба. Накинув мне на плечи, он плотно запахнул эту красоту и зашпилил у шеи заклепку, чтобы не сваливалась.
Я счастливо вздохнула — наконец-то тепло. Закуталась и вновь потянулась к нему руками — в такой-то шубе и ледяные поцелуи не страшны…
Но он снял мои руки со своей шеи и продолжил.
— Меня зовут Лорд Арген, но ты можешь называть меня Освальд. Как я уже представлялся, я повелитель государства Анрем, которое издревле охраняет переход из этого в другие, далекие и ближние миры…
— Миры… — слабо повторила я.
— Да. Потом объясню. Я подобрал тебя потому, что уже много лет ищу одиноких, не очень счастливых, но очень красивых молодых девушек, забираю их и делаю подобными себе. Обучаю магическому знанию, делаю неуязвимыми к болезням и отправляю служить при дворах королей и правителей. Эти девушки — мои глаза и уши, мое орудие против интриг и дворцовых козней. Они пробиваются на самые высокие посты, продолжая тайно служить только мне — даже когда выходят замуж. Часто они становятся прародительницами кланов, приносящих мне клятву верности и выполняющих мои поручения.
Что ж… Звучит неплохо. Еще бы немного поцелуев и тепла… и такая перспектива меня вполне устроила бы…
Хотя, возможно это все алкоголь — в трезвом состоянии я вряд ли бы смогла спокойно размышлять о других мирах, сидя в летающем над крышами домов лимузине.
А возможно, я вообще сплю. Упилась вусмерть под Новый год и вырубилась, не дождавшись «фейерверков» — во всех смыслах этого слова.
— Каждая из этих красавиц уходит со мной сама, спасенная от лихой беды, и каждой я предлагаю выбор…
Сейчас он протянет мне две таблетки — пронеслось в голове, и я прикусила губу чтобы не залиться истерическим хохотом. На самом деле, было отчего истерить — судя по пейзажу, машина