Леди двух лордов

ухмыльнувшись.
Я открыла рот, дабы излить возмущение, потом глубоко вздохнула и кротко отозвалась:
— Нет.
— Вот и умница, — младший Морвейн легко коснулся моих губ и отпустил. — Иди умываться и одеваться. Да, возьми переодеться, сегодня обед с королём, помнишь?
Ох, ещё бы, забыть. Возмущение враз улеглось, я перелезла через Эрсанна, но была поймана теперь в его объятия.
— А мой поцелуй? — вкрадчиво осведомился он, выпрямившись и прижав меня к груди.
Вымогатель, на мою голову. Пришлось обвить руками шею, задвинуть зашевелившиеся остатки смущения куда поглубже — Лорес смотрел… — и выполнить требование старшего. Мы несколько увлеклись, что я почувствовала бедром, в которое упёрлось нечто твёрдое и весьма красноречивое, я быстренько прервала поцелуй, отстранившись, и с усмешкой посмотрела на Эрсанна.
— Нам на работу, — проворковала, чувствуя восхитительную лёгкость и свободу.
Эта ночь изменила многое, если не всё. Она перевернула мой мир, окончательно и бесповоротно. В лучшую сторону.
— Жаль, — Эрсанн вздохнул, одарил выразительным взглядом и разжал руки.
Я, даже не озаботившись накинуть халат, поспешила к смежной двери, чистить пёрышки. Ощущение взглядов, скользящих по спине и ниже, бодрило и волновало, и я улыбалась всё время, пока дверь за мной не закрылась. Да и потом, пока шла к ванной комнате, тоже улыбалась. Чёрт, как же приятно быть желанной женщиной! Палец коснулся колец, и всплыла мысль: да, колечки надели, ответа добились, но… Я же женщина. Хочу вслух услышать, что всё это значит. Хочу предложения. Пусть без вставания на колено и пафосного признания с чахлым букетиком колючих роз. Но хотя бы озвучить вслух. А то от меня всё требуют произнесения моих желаний, а сами отмалчиваются. Нехорошо. Пока чистила зубы и умывалась, размышляла о новом месте работы. Интересно, тут имеют понятие о делопроизводстве? Или мне предстоит с нуля поднимать этот вопрос и строить всех под новые веяния? Отлично, если так, уж я развернусь, особенно, если будет бумага от Морвейнов, узаконивающая мои требования. Бумаги… Бумаг будет много. Писать от руки замучаюсь. М-м-м. Кстати. Я замерла, уставившись на своё отражение. Вот, Яночка, чем можно осчастливить местное общество. Газеты тут печатают, как я видела, значит, моя идея печатной портативной машинки вполне возможно, придётся ко двору. Уж её устройство я знаю более-менее, объяснить концепт смогу. В своё время, училась слепому методу на древнем динозавре «Оптима», все ногти обломала, но осилила! Думаю, Морвейны поймут идею и донесут до нужных людей, и вскоре мне не придётся пачкать руки в чернилах, мучаясь с пером.
Вышла в бывшую спальню, ныне будуар, и зашла в гардеробную. Итак, платья. Одно на работу, другое… переодеться. А-а-а! E! Понимаю теперь блондинок, шкаф не закрывается, и надеть нечего. А ведь это ещё не всё, ещё осталось то, что в процессе пошива! Ну, услужили, Морвейны! Я же час копаться буду, мучительно выбирая! Замерла, беспомощно оглядывая ряды вешалок и судорожно соображая, что будет уместно на обеде с королевской особой, а что — прилично на новом рабочем месте, в компании мужиков. Это тебе не офисный дресс-код, Янка! Вокруг талии вдруг обвилась рука, и около уха промурлыкал голос Лореса:
— Помочь, чудо?
Учитывая, что я стояла, в чём мать родила, так и не озаботившись накинуть халат, честно — вздрогнула от неожиданности и чуть не шарахнулась в сторону. Двигался младший Морвейн совершенно бесшумно.
— Д-да, — пробормотала, вдруг остро почувствовав свою наготу.
А на Лоресе уже были штаны и рубашка, по ощущениям. Его ладонь по-хозяйски легла на мою грудь, губы прогулялись по изгибу шеи, и я решительно пресекла дальнейшие поползновения в плане моего соблазнения. Сами говорили, работа ждёт! Я вывернулась из его рук, схватила очень кстати лежавший на пуфике халат и завернулась в него. Потом обернулась к Лоресу, посмотрела на его лицо, слишком явно показывавшее разочарование, и тихо рассмеялась.
— Лор, притормози. Я не вечный двигатель, знаешь ли.
Его брови поднялись, он вопросительно посмотрел на меня.
— А что это такое? — заинтересованно спросил, вогнав в растерянность.
Эм-м-м. И как объяснить?
— Неважно, — отмахнулась и изъяснилась доходчивее. — Перерыв, ладно? У меня сил не так много, — улыбнулась, смягчая свои слова. — Вас двое, я одна. Вы же не думаете, что такое веселье, как сегодня, будет каждую ночь?
В его взгляде мелькнуло понимание, Лорес улыбнулся в ответ.
— Нет, конечно, что ты, Яночка, — его взгляд переместился на вешалки с одеждой. — Так, что тут у нас?
В результате обзора моего гардероба для обеда выбрали