Леди двух лордов

чувствительной, отзываясь на малейшее прикосновение. Мне уже никаких долгих прелюдий не требовалось, организм с готовностью откликнулся, словно и не было страстной ночи накануне. Я нимфоманка, точно, или на меня так повлиял переход в другой мир… Определённо, в худшую сторону. Но мне нравится быть испорченной девочкой! Очень… нравится…
— Такая сме-е-елая… — страстный шёпот Лореса, и его рука, та, которая внизу, уверенно скользнула вперёд, между ног. Пальцы погладили влажные складочки, и я сильнее изогнулась, подавшись навстречу откровенной ласке и крепко зажмурившись. Из горла вырвался короткий, глухой стон. — М-м-м, уже ждёшь меня, Яночка, да?
— Да-а-а!.. — послушно простонала я, позабыв и про приёмную, и про гипотетическую возможность, что нас услышат.
Не услышит никто и ничего, уверена. Слуги же не слышали дома. Мне вообще сейчас глубоко параллельно, что происходит вокруг. Меня стремительно закручивал водоворот нарастающего, болезненно-острого удовольствия. Пальцы Лореса плавно проникли внутрь и начали мучительно медленно двигаться, я всхлипнула, царапнув какие-то бумажки — надеюсь, не порвала, контролировала себя сейчас очень плохо. Эмоции и ощущения сплелись в один тугой, жаркий клубок, сознанием управляли чистые инстинкты. Пальцев катастрофически не хватало, мне нужен был… сам Лорес. Целиком и полностью.
— Скажи, чья ты, Яночка?.. — следующий вопрос, и рука ненадолго исчезает, а я в очередной раз застонала, на этот раз разочарованно.
Пришлось ответить — судя по шороху, младший Морвейн наконец-то занялся своей одеждой. Давно пора.
— Твоя, — послушно ответила осипшим голосом, меня била крупная дрожь, а дыхание застревало в горле.
Я готова сейчас сказать всё, что потребует, сделать всё, что попросит — тело горело, голова кружилась, страсть сжигала изнутри, требуя выхода.
— Непра-а-авильный ответ, — мурлыкнул Лорес, сдвинув юбку выше, и скомандовал. — Ножки шире, и приподнимись, вот та-а-ак…
Стол оказался очень удобным, как раз нужной высоты, кстати, так что мне оставалось только чуть приподнять бёдра и… сделать так, как просил Лор. Ну и да, ответить на его вопрос правильно.
— В-ваша… — запнувшись, почти прошептала, изнемогая от напряжённого ожидания. Ну чего он тянет?! Я тут сейчас сгорю нафиг, и останется от меня только кучка пепла! Не выдержала, из груди вырвался очередной тягучий стон: — Ло-о-ор!.. Пожалуйста!..
— Что, Яночка? — ладони крепко ухватили за поясницу, удерживая, сильное тело прижало к столешнице, и около уха раздался тихий, довольный смешок с чувственными, хриплыми нотками.
Я почувствовала, как по разгорячённому, давно готовому лону медленно, словно дразнясь, скользнул твёрдый ствол, и Лорес замер. Хулиган!.. Сколько можно! Я уже осознала, прониклась — точнее, вот-вот это сделаю, — не гарантирую, что больше так не буду, но… Чёрт!! Захныкала, наплевав на гордость и недавнее желание кому-то там отомстить, кому-то не сдаваться… Сдамся, вот прямо сейчас и с большим удовольствием.
— Хочу тебя, пожалуйста!.. — послушно повторила, без всякого стыда прижавшись к нему бёдрами. — Лор… Лорес, прошу-у-у!..
А в следующее мгновение я ощутила резкий, немного болезненный толчок и ликование заполнило до самой последней клеточки, я прогнулась, упершись связанными руками в стол.
— Да-а-а!..
Захлебнулась криком, потерялась в ощущениях, утонула в яркой, обжигающей страсти, в стремительно нараставшем удовольствии от быстрых, ритмичных движений.
— Ещё… да, ещё-о-о-о, Ло-о-ор!.. — господи, как же сладко, как хорошо, до головокружения!
— Громче, Я-а-ан! — хрипло выдохнул Лорес. — Никто не услышит… Кроме меня…
И я кричала, да, когда накрыла огненная волна, когда тело взорвалось сотней сверкающих искр, когда дыхание закончилось и осталось только чистое наслаждение. От длинного стона Лореса, такого же хриплого, как мой, догнала вторая волна, мышцы сжались, и на какое-то время я выпала из реальности, купаясь в океане чистых чувств, переливавшихся разноцветной радугой. И пусть весь мир подождёт.
Медленно возвращалось осознание реальности, мозг начал отстранённо замечать мелочи: мои руки уже свободны, и Лорес переплёл наши пальцы, тихонько целуя меня в шею и щекоча тёплым, прерывистым дыханием. Несколько листков оказались всё же смятыми — надеюсь, восстановлению документы подлежат, было бы обидно, если они важные. А ещё, мне зверски хочется пить, и дрожат коленки. Губы же разъезжаются в глупой, счастливой улыбке, и перед глазами ещё плавают серебристые звёздочки, пусть даже они и открыты.
— Ты маньяк, — просипела я, но в моём голосе не