Симпатичный молодой человек, наш современник Серега Кановнин, в силу ряда необычных обстоятельств оказавшись в средневековом мире, окунается в гущу невиданных ранее событий, которые не только оттачивают его ум, но и закаляют дух и тело. Он становится рыцарем, герцогом и в этом качестве побеждает много врагов, в том числе нечистую силу, становится защитником обиженных и обездоленных. И конечно же рядом с ним несравненная леди-рыцарь Клотильда, баронесса Дю Персиваль. Содержание: Леди-рыцарь Милорд и сэр Возвращение милорда
Авторы: Федорова Екатерина Николаевна
на есть беззаботный. Словно достославные сэры явились сюда не кровавого дела осады ради и для, а ради, скажем… этакого дружеского пикничка на лоне природы. Загородной природы с видом на крайне привлекательный город Дебро.
Компания бывших угнетенных и рабов рассыпалась по лесной опушке мелкой дробью. Каждый и всякий, залегши за кустиком, теперь старательно прятал голову в районе здешних корневых систем. Никак не выше.
– Э-э… Ну, – вложив в тон максимум почтительности, Серега повернулся к текулли, легшему от него по правую руку, – вы не могли бы… как-нибудь провести нас в Дебро? Э-э… минуя этот дружеский комитет по встрече.
Он не сдержался и, просунув руку под рубаху, с хрустом почесал ногтями брюхо – то ли травинки, то ли еще какие мелкие засохшие былинки, протиснувшись через довольно крепкое полотно, теперь немилосердно, до ощущений чесоточного зуда, кололи и щекотали чувствительную в этом месте кожу.
Увы, его надеждам на текулли не суждено было сбыться.
– Не-а-а… – как всегда радостно протянул текулли и счастливо защерился ничем не прикрытым оскалом черепа сначала в сторону Сереги, а потом и в сторону всего остального мироздания. С кустиков над их головами тут же ошалело сорвались мелкие птички, а соратники Сереги по побегу от Священной комиссии испуганно закрутили ладонями перед враз побелевшими лицами. – Из замка хода нету. А стенка города – не есть решадль. Тама, может, хода есть… Но! Он – тьфу! Он не любит текулли. Не говорит с ним. И текулли не любит эта стенка. У-вы-вы…
Он судорожно, с завываниями, вздохнул. С печалью вздохнул, что полностью противоречило его неснимаемой улыбке (по причине отсутствия губ, срезанных когда-то “шутником”-бароном в целях саморазвлечения). Затем со вздохом достал откуда-то из недр дурно пахнущих одежек крохотную фляжку, смочил замызганную тряпицу и промокнул глазные яблоки. Выпученные по причине отсутствия век – и тут тоже постарался “господина барона”.
– Жалко тебя, господина…
– Да ладно, что ты, – засмущался Серега, – какие наши годы, прорвемся. Как-нибудь…
Он ободряюще похлопал бедолагу-текулли по худому, скособоченному плечу. Озабоченно глянул в сторону остальных “проклятьем заклейменных”.
– Орлы! Я в том смысле, что нынче ж вы птицы вольные. И, стало быть… Может, кто-нибудь да может рассказать мне пару слов на эту дивную тему? Я про попадание в город. Припомните, вдруг да ваши отцы-пречлены что-нибудь такое говорили? Потайные ходы там, всякие дырки и окна в оцеплении…
Орлы, то есть бывшие рабы Священной и Нетленной, смущенно молчали. Потом один из них пробормотал:
– Ход… Есть он, как же ему не быть-то.. Только…
– Я весь внимание, – сообщило его сиятельство Де Лабри.
– Только, господин милорд сэр Сериога, тем ходом нам не пробраться. Никак. Господа рыцари, они ведь как положено – как только к городу этому, к Дебро, значит, подступили, так сразу отрядец и отрядили. Это на поиски потайного хода, значитца. Дело известное, во всяком селе-поселении такие непременно роют. Ну и в лесу, во-он там, – из ряда тел, лежавших вместе с Серегой за кустиками, поднялась одна рука и неуверенно махнула вдаль – туда, где кромка леса, расположенного по окраинам гигантской равнинной чаши, сливалась с горизонтом. – И нашли они этот лаз. Соваться, конечно, не стали – ученые. Там же без ловушек и шагу не ступишь. Да и на том конце встретили б неласково. Так что вовнутрь не пошли, и правильно. Вот, помню, когда воинство Священной комиссии воевало с сэром Монтиком, еретиком страшнейшим, то тогда из господ рыцарей не менее четырех десятков задохнулось в таком же ходе. Что-то там такое сэр Монтик удумал, что обрушился ход прямо им на головы. И их погребло, и ходу враз не стало. А сам сэр Монтик со всем своим воинством убег. По небу, натурально. И жители замка с ним. Помню, ночью в лагере нашем все как заорут – аларм, аларм! Мы всем миром из нашего загона, а там… Кажный из замка летит, как облако по небу – неторопливо так, и высоконько же. Так что и не достать их было. Помню, господа рыцари об этом так сокрушалися… Пришлось им заместо молодых девок да баб в замке сэра Монтика с коровами да овцами отдохновение находить… Потом их же и сказнили на главной замковой площади – всю скотинку эту. Никогда не забуду, как жалобно утки крякали…
– Да, утки – это, конечно… Этих так жалко! – поддержал средневекового любителя животных Серега. И подправил поближе к нужной теме. – Так что насчет здешнего потайного хода? Который из этого города?
– Из этого… Дык… приставили к нему гардунец стражи, и все дела. Под охраной теперь, за просто так туда не сунешься. И не высунешься – это если оттуда.
– Гардунец – это… – с видом школяра-недоучки протянул Серега.
