Симпатичный молодой человек, наш современник Серега Кановнин, в силу ряда необычных обстоятельств оказавшись в средневековом мире, окунается в гущу невиданных ранее событий, которые не только оттачивают его ум, но и закаляют дух и тело. Он становится рыцарем, герцогом и в этом качестве побеждает много врагов, в том числе нечистую силу, становится защитником обиженных и обездоленных. И конечно же рядом с ним несравненная леди-рыцарь Клотильда, баронесса Дю Персиваль. Содержание: Леди-рыцарь Милорд и сэр Возвращение милорда
Авторы: Федорова Екатерина Николаевна
– На четыре руки человек, господин милорд сэр Сериога.
Стало быть, двадцать. А у него под началом – двенадцать бывших смердов Священной, плюс текулли и лекарь. Имеется еще и он сам, любимый. Из этого списка псевдобоевых единиц следовало исключить и искалеченного бедолагу-текулли, и пребывающего в почтенных годах лекаря. Итого тринадцать дохляков-заморышей – и это против двадцатки всячески натренированных рыцарей Священной-энд-Нетленной. С кухонными ножами в руках – и это против полной боевой выкладки. Табельное оружие для здешних мест, так сказать: копья, дротики, мечи, кинжалы… что там еще леди Клотильда на себя навешивала? Булава, боевой топор. Короче, мало не покажется. Если вообще что-то успеет показаться.
Но ничего не поделаешь. К городу едет Мастер растений. А там, в городе, его люди, и их надо спасать… а стало быть, с нами Бог, как это любили говаривать немецкие псы-рыцари. А уж если с нами Бог, то кто же супротив нас? В общем, выхода нет – надо было как-то пробираться в Дебро.
– На месте сообразим… – горячечным шепотом (по причине некоторого дрожания собственных поджилок вместе с коленками) начал Серега. Потом, спохватившись – да кто здесь, в этом лесу, подслушивать будет? – уже нормальным тоном продолжил. – Отведите нас туда, пожалуйста. И, кстати, как вас зовут?
Отчетливо слышно было, как в абсолютной тишине у кого-то громко клацнули зубы. Опять лопухнулся – здешним герцеговьям и милордам “пожалуйста” говорить не положено. Им вежливость по отношению к неблагородному поголовью вообще не свойственна. Ну и к черту!
Человек, заговоривший про подземный ход (звали его Суфел, как он сообщил), вел их по лесу бегом. Запыхавшийся Серега едва успел произнести классическое командирское “стой!”, когда вдали, в мешанине лесных стволов, начали промелькивать бело-красные точки. Впрочем, кое-кто из его спутников углядел броских для глаз рыцарей еще раньше него, некоторые уже замедлили к этому моменту бег и кидали в его сторону вопросительные взгляды, в которых выразительное “атас!” было прописано крупными буквами. Дождавшись команды, все кучкой залегли на землю. Текулли и лекарь, вместе с лошадкой из трактира, догонять их не торопились – в полном соответствии с Серегиными указаниями. И держались метрах в ста от герцога со товарищи.
– Итак, – начал Серега и тут же сдавленно откашлялся – не шло ему быть командиром, ни ему не шло, ни его горлу, – идеи есть?
Идей не было ни у кого. Думай, Серега, думай…
И, кажется, надумал. Теории партизанской войны…
– Ребяты, – он выдавил налицо натужную кривую улыбочку, – нам придется тяжело, конечно…
* * *
Ночь подступала медленно, словно кралась. Как и всегда на этой планете. На темнеющем небе плавно, поочередно зажигались редкие здешние звезды, бивуак воинства Священной комиссии, расположенный слева и проглядывающий сквозь редкий частокол древесных стволов, погружался в сон. Погружался неторопливо – догорали костры, редели ряды праздно шатающихся по лагерю рыцарей. От шатров порывы ветра доносили смех, резкие выкрики. Впрочем, вскоре и в шатрах улеглись спать. Остались гореть только костры дозорных, расположенные по внутренней оконечности лагеря – той, что была обращена к стенам осажденного города.
Пора. Серега сделал широкую отмашку рукой, и субтильная лошадка, уведенная ими с трактирного двора, суетливо зашагала вперед. Теллек (именно он вызвался выступать на этот раз в роли комсомольца-добровольца), совместными усилиями обряженный под слугу из хорошего небедного дома – одежда и обувь крепкие, добротные, безо всякого намека на какую-либо там роскошь или прочие излишества, – широко отшагивал рядом. Вот теперь только пальцы скрестить на удачу…
Перебегая от ствола к стволу, Серега последовал за лошадкой. Та темным расплывчатым силуэтом шествовала между белеющими в темноте стволами. Слава богу, хруст веток под лошадиными копытами и под ногами трусящего следом Теллека стоял такой, что другого все равно никто не услышит…
Они приближались к бивуаку дозорных из Священной. Те, надо отметить, сидели на своем посту тихо и незаметно – ни огонька, ни звука. Тихо-тихо, прямо как мышки… вернее, мучачи – аналоги крысино-мышиного племени в этом мире…
Впереди что-то чуть слышно хлюпнуло, и темный силуэт (лошади и человека рядом) весь как-то смялся. Раздалось испуганное ржание. Ага, клюет понемногу…
Серега затаив дыхание вжался в древесный ствол, пытаясь спрятать за ним наверняка белеющее в темноте лицо. Прямо перед ним рыцари Священной наскоро осматривали лес – проходя редким людским гребнем по широкой окружности вокруг места обнаружения шпиена
