Симпатичный молодой человек, наш современник Серега Кановнин, в силу ряда необычных обстоятельств оказавшись в средневековом мире, окунается в гущу невиданных ранее событий, которые не только оттачивают его ум, но и закаляют дух и тело. Он становится рыцарем, герцогом и в этом качестве побеждает много врагов, в том числе нечистую силу, становится защитником обиженных и обездоленных. И конечно же рядом с ним несравненная леди-рыцарь Клотильда, баронесса Дю Персиваль. Содержание: Леди-рыцарь Милорд и сэр Возвращение милорда
Авторы: Федорова Екатерина Николаевна
и раздельно произнес Серега.
Вопрос вообще-то предназначался леди Клотильде, но она стояла в остолбенелой позе с приоткрытым ртом. И явно была не в состоянии слышать что-либо.
Зато огоньки на заборе сразу же после его речи радостно запульсировали.
– Это… – после небольшой паузы напряженно произнесла Клоти. – Это Сияние Милгота!
На ее слова огоньки не прореагировали никак. Сияние успокоилось и теперь горело ровно, как лампочка в патроне.
– Вот как? – проявил сдержанное любопытство Серега. Огоньки тут же снова взорвались суматошным полыханием.
– Милгот – святой меча, – с придыханием пояснила Клоти. – Был он некогда отважным рыцарем, но император, правивший тогда, затеял поход против племени дурдлов, кои из своих земель злоумышляли супротив него злостные интриги…
– И наверняка при этом еще и жили неплохо…– пробормотал Серега.
Огоньки снова радостно замельтешили. Похоже, они реагировали непосредственно на его голос. Непонятно, но очень настораживает…
Кожа на локтях и загривке герцога Де Лабри покрылась мурашками. Оч-чень даже интересно…
Клоти задумчиво прокомментировала его высказывание:
– Да, земли у них, по преданиям, были богатейшие… Правда, после того как они присоединились к империи, враз почему-то обеднели…
– И с чего бы это? – насмешливо подивился Серега. – Наверное, император с ребятами погуляли на них во всю ширь?
– Не перебивай, – грозно сказала Клоти. – Так вот, поход шел неровно и в какой-то момент… Хоть и немногочисленны были дурдлы, но по глупости… гм…
– Что, неужто отважно сражались?
– Нет, – насупившись, заявила Клоти. – Не слишком отважно. Но и дурак за свое кровное дерется. Ну, попал император в засаду и пришлось ему временно отступить. Вместе со всем своим войском…
– Драпал, значит, император? – радостно встрял Серега, наблюдая усиливающееся мелькание голубых огней.
– Нет! – недовольно рыкнула Клоти. Странно, но она вроде бы совершенно не замечала, что огоньки вновь и вновь начинают свое судорожное мельтешение, стоит только Сереге открыть рот…
– Император просто временно отступил. Сохранив, хотя и слегка подрастеряв, свое войско. Но отступил со всевозможным благородством!
Она смерила его взглядом – дескать, не понимаешь ты, сэр Сериога, благородства по-императорски! И продолжила радостным тоном:
– А сэр Милгот в одиночку остался прикрывать ущелье, по которому отступал император!
– Что тоже было сделано со всевозможным благородством, – прокомментировал Серега. – Самому драпать вместе со всем войском, а сзади бросить одного-единственного человека на растерзание врагам!
– Это долг каждого вассала и рыцаря! – гулко проревела Клоти. И от переизбытка чувств вдарила кулаком по белой стеночке рядом с входной дверью.
Рифленая обшивка стены жалко крякнула и провалилась внушительной дыркой внутрь самой себя. Оттуда брызнули кирпичные обломки и цементно-строительная пыль. Серега заморгал – часть фонтанчика попала ему прямо в глаза.
– И вот тогда, – уже ревела Клоти со всей страстью в голосе, – начал крушить рыцарь Милгот всех направо и налево! И когда уже горы тел врагов его лежали вокруг и меч рыцаря обагрился их кровью по самую по рукоятку, случилось ужасное!
– Появилась умная мысля, что дерется зазря? Не может быть!
Клотильда грозно взглянула на герцога Де Лабри, который по-прежнему не проявлял ни капли понимания в том, что касалось благородства по-рыцарски. Или по-императорски.
– Нет! Меч выпал из усталой руки рыцаря! И упал в расселину. Приблизились отвратительные дурдлы к сэру Милготу, и взмолился рыцарь Единому и Пресвятому о том, чтобы хоть перед смертью вновь соединиться ему со своим мечом, умереть, как подобает рыцарю, – с мечом в руке! И чтобы меч сей не позволил-таки врагам настигнуть императора! И показал тогда Единый ему милость свою!
Клоти снова радостно вогнала кулак в обшивку. Та покорно хрустнула и явила взгляду новую дыру.
– Ожил меч рыцарский, свершилось чудо святого Милгота! Засияло все ущелье в точности такими огнями! И отступили в испуге дурдлы, прижались к скалам! А меч, обретший душу, принялся сам крушить врагов!
– Да неужто? – засомневался герцог Де Лабри. Грани между физическим и метафизическим в рассказах Клотильды просто не существовало.
– Точно! – возопила Клоти. – Они расступились, а меч все крушил и крушил! А затем сам влетел в руку святого Милгота!
– Это явное чудо, – поддержал воодушевленную баронессу Сергей. – Особенно если при этом у него уцелела кисть. Значит, это огни не святого Эльма, а огни святого Милгота…
– Догадываюсь,
