Ледяная Королева

ниже, усиливая дрожь в гортани — словно что-то дробили в ней и выносили, как прибой размывает замок из песка, неосмотрительно воздвигнутый слишком близко у воды…
Я закашлялась и попыталась встряхнуть головой.
— Потерпи еще чуть-чуть! — раздался над самым ухом глубокий глуховатый голос. — Вот и все!
Рука в темной перчатке сделала быстрый жест, словно швырнула что-то в пылающий камин. Пламя затрещало и рвануло вверх длинными зелеными языками, заклубился едкий лиловый дым, но через минуту все стихло. Я глубоко и с удовольствием вдохнула, прочистила горло долгим раскатистым рыком и повернулась к выжидательно притихшим спутникам.
— Я не ослышалась, высочество? Твой избалованный светскими изысками слух настолько утончен, что мои чересчур эмоциональные высказывания тебя шокируют прямо до самой глубины нежной, чистой и непорочной души? Да еще до такой степени, что ты готов по этому поводу плакаться в первую же любезно предоставленную жилетку?! — Я плавно поднялась на мускулистых лапах и небрежной струящейся походкой двинулась к принцу, глядя на него в упор исподлобья и продолжая развивать мысль еще более медовым голосом: — А твои многострадальные уши, значит, уже устали сворачиваться в трубочку каждый раз, как я открываю рот? Может, мне стоит оказать вашему высочеству любезность и оборвать их совсем — как и все остальное, что подвернется под лапу?!
Ворх невольно прыснул, но напоролся на мой взгляд и тут же сделал вид, что закашлялся. Старый маг одобрительно кивнул, с явным интересом ожидая продолжения, а вот у Дина улыбка получилась несколько натянутой, поскольку он по горькому опыту знал, что подобный избыток ласковых ноток в моем голосе — признак еще более настораживающий, чем пресловутое затишье перед бурей.
— И когда это вас успело настолько достать мое пение?! — Теперь я стояла с ним нос к носу, прижав уши, ощетинившись и продолжая недобро щуриться. Может, это и глупо, но меня зацепило всерьез. К тому же я не выношу, когда мне начинают капать на самолюбие при посторонних, поэтому продолжала скалиться: — Можно подумать, у меня при твоей персоне существование настолько райское, что ничего другого не остается, как целыми днями петь! И потом, не ты ли говорил, что выбраться из дебрей Запределья тебе помог только мой голос?!
— Чего не скажешь впопыхах, да еще и в полумертвом состоянии! — махнуло рукой высочество, подмигивая остальным.
Воцарилась неловкая тишина. Волк зажмурился, пригнулся и прижал уши, Мастер укоризненно качнул капюшоном, а я только и сказала:
— Действительно! Могла бы и сама догадаться!
Развернулась, медленно прошествовала к огню, села спиной к этим… и принялась умываться. Тщательно полировала по одному выпущенные когти, вылизывала подушечки растопыренных пальцев, натирала мокрой лапой уши и щеки, расчесывала языком густой мех на боках — и совершенно не обращала внимания на то, что Дин уже добрых минут пять стоит у меня за спиной. Наконец он отважился шагнуть ближе и опустил руку на мой загривок:
— Ну и зачем сразу так сердиться? Ты ведь мудрая девочка, стоит ли обижаться на не самых умных и к тому же одичавших вояк за мужланские шутки?!
— Никто ни на кого ни за что не обижается! — Встряхнувшись, я сбросила его руку и продолжила полировку своего роскошного меха, по-прежнему не глядя на принца. — Просто я больше не хочу с вами разговаривать ни о чем. Ты же умный мальчик, стоит ли обращать внимание на капризы столь сомнительно воспитанной девчонки неизвестного происхождения?!
Дин беспомощно взглянул на Мастера.
— Я тоже попал в немилость к прекрасной даме? — Высокая фигура в балахоне сидела неподвижно, положив руки на затейливое навершие посоха.
— Что вы, многоуважаемый маг! — Я встала и склонила голову. — Ваше мастерство и великодушие достойны самого искреннего восхищения и поклонения! Прошу извинить мою несдержанность и невольную неучтивость — я позволила эмоциям затмить разум и непростительно долго держу невысказанными слова глубочайшей признательности за оказанную вами любезность! Если вы желаете продолжить разговор, сочту за честь ответить на все ваши вопросы…
Мастер величественно кивнул капюшоном и повел рукой в сторону широкого низкого дивана, стоявшего у стены рядом с его монументальным креслом. Игнорируя ошарашенные взгляды своих спутников, я прошествовала туда и с удовольствием растянулась на мягких подушках, свесив полосатый хвост.

— Для начала проясним вопрос относительно происхождения. — Заостренный конец посоха звучно пристукнул по мозаичному полу. — Надеюсь, обрадую мою собеседницу, если скажу, что ничего сомнительного в нем нет.
Я