Ледяная Королева

хорошо подумать!..
— Неужели?! — Разбитые губы кривятся в наигранной усмешке. — А такой всегда был добрый мальчик, даже выпавших птенцов по родным гнездам рассовывал!
— Почему «был»? — пожимает плечами принц. — Менять отношение к птицам не было причин, а вот к людям… Ты по-прежнему хочешь иметь дело со мной?
Видимо, в его неподвижном взгляде Дрогар улавливает нечто новое для себя, потому что, вопреки ожиданиям, оставляет вопрос без ответа, лишь дергает плечом и несколько меняется в лице.
— Кроме того, — продолжает принц все тем же равнодушным тоном, — мы допросили ту самую шелупень, и я могу тебя порадовать: они оказались гораздо более осведомленными, чем ожидалось… а уж те четверо, которых мы перехватили на выезде из леса, вообще клад!
Пленник снова меняется в лице, потом непонимающе хмурится и буравит принца недоверчивым взглядом. Тот едва заметно усмехается в ответ:
— Вот именно — ваша очередная магическая уловка в очередной раз не смогла отвести глаза «видящей»! Что же касается количества гонцов… неужели ты думал, что Крониган оставит без присмотра столь дорогостоящую фигуру в столь важной для него игре?! Да, двое других присматривали за тобой без твоего ведома.
— Зачем же в таком случае сюда занесло ваше высочество? Хочешь лично и точно узнать, насколько дорого твоему братцу обошлось удовольствие переманить меня на свою сторону поля?
— В любом случае не дороже денег! — небрежно поводит плечом принц. — Да и к чему мне-то знать, во сколько ты оценил все, что нас когда-то связывало, — я тебя перекупать не собираюсь! Меня другое интересует: почему?! Чего не хватало тебе — самому старому другу, самому приближенному из аристократии, которому после моей коронации светила самая блистательная карьера — хоть военная, хоть при дворе, не говоря уже о прочих возможностях?
— А с чего ты взял, что меня устраивал такой расклад? Подумаешь, радость — быть всего лишь чьей-то правой рукой, выполнять приказы, с которыми не согласен, и личные просьбы, даже если это самому себе во вред или просто не по нраву! Невелико счастье играть вторую — в лучшем случае — роль, когда имеешь право на большее, вернее — на все!
— Ты так в этом уверен?!
— В чем, в правах? Еще бы! Их у меня нисколько не меньше, чем у тебя, а уж насколько больше, чем у нынешнего самозванца, носящего вашу фамильную корону!..
— С чего бы? — Голос принца теперь звучит сухо и безжизненно, словно результаты дознания глубоко ему безразличны, только багровое свечение, окутывающее контуры его неподвижной фигуры, становится чем дальше, тем ярче и насыщеннее, выдавая степень внутренней напряженности.
Дрогар, напротив, бесшабашно весел и раскован — правильно, чего уж там, когда все потеряно, кроме головы — пока… Он вызывающе ухмыляется прямо в бесстрастное лицо Дина:
— С того, что благодаря общительному нраву твоего дедули во мне также намешана кровь «золотоглазых» и людей! Меня, правда, не клеймили при рождении, как племенного жеребца, но по той лишь причине, что твою бабушку любвеобильный король зажимал по углам на законных основаниях, а мою — так, между делом, купившись под старость на прелести юной фрейлины… Она, кстати, до самой смерти была ему благодарна за свое раннее и скоропостижное замужество — по тем временам найти достойного супруга было и впрямь нелегко! Правда, я больше чем уверен, что королем двигала не забота о ближних, а нелюбовь к скандалам, особенно по поводу появления нежданных отпрысков у благородных девиц без официальной на то причины…
— Значит, и тебе я мешал с детства, как и брату?
— Нет, мне повезло больше. Мое детство не омрачали подобные душераздирающие детали давно минувших событий. О нашем родстве я узнал позже — после смерти твоего папеньки. Моя бабушка имела неосторожность высказать при мне вслух неудовольствие по поводу восхождения на престол Кронигана, в том смысле, что нарушается воля богов, а поскольку ваше высочество изволило заработать проклятие с отлучением и убыть в изгнание, то лучше было бы найти достойную замену — меня, например!
— И что же дальше? — Безжизненный голос роняет слова, как бесцветные льдинки.
— Неужели сам не догадываешься?!
Они довольно долго смотрят в упор друг на друга, не мигая. Взгляды — пронизывающе-жесткие, словно клинки, почти осязаемы. Карие глаза так и сочатся ненавистью и досадой; другие — непроницаемо-темные, в которых и следа не осталось от былой синевы, — словно до краев затоплены горечью и болью…
Не знаю, как принцу, а мне уже ясно все как белый день в разгаре лета. После памятных нерадостных событий Дрогар, как и прочие друзья опального высочества, счел за благо исчезнуть со сцены до лучших дней, и до поры до времени