Ледяная Королева

возней. В конце концов они обнаружили незваного наблюдателя, несколько минут разглядывали, подбираясь ближе и ближе; потом, задиристо цокая, пронеслись мохнатым вихрем по веткам прямо над головой, сбросив при этом на меня приличное количество свежевыпавшего снега, и унеслись в лес, растущий дальше по склону. Я размяла затекшие от неподвижного сидения конечности, отряхнулась и зашагала к пещере.
Принц не спал, а сидел, скрестив ноги, поверх одеяла и оживленно втолковывал что-то волку. Увидев, что я направляюсь к ним, сосредоточенно хмурясь и привычно разминая руки, он с тяжким вздохом расстелился на лежанке по стойке «смирно!». Ворх занял место у изголовья, с интересом наблюдая за процессом. Я присела рядом, как всегда, для начала окинула «поле деятельности» пристальным взглядом — и не поверила своим глазам. Что это еще за …?!!
Дело в том, что кроме внешних повреждений в данном организме сильно пострадала печень, принявшая на себя удар коварного яда и работавшая все это время, как провинившийся каторжник на галерах, избавляя вышеупомянутый организм от последствий отравления. Ценой основательных усилий мне удалось привести в порядок этот жизненно важный орган, и вот уже несколько дней никаких отклонений не наблюдалось, а теперь… характерный абрис печени просто полыхал тревожным ярко-алым цветом.
Я, все еще не веря «зрению», повела раскрытыми ладонями над распростертым телом, с досадой отмечая болезненную пульсацию и заметив мимоходом, как всполошенно переглянулись тут же примолкшие дружки.
— Та-а-ак!!! — Я сурово сдвинула брови. — И что бы это значило?!
— Что? — невинно поинтересовался пациент, преданно глядя мне в глаза.
— Ты мне тут своими дивными ресницами не хлопай, а то костер задует! — ласково посоветовала я. — Что это с твоей печенью творится, гражданин болящий?!
— А ничего! — радостно сообщил «болящий», для верности тоже пощупав сомнительный регион. — По-моему, все в порядке.
— А по-моему — нет! — не менее радостно улыбнулась я, не обращая внимания на то, как передернуло притихшего волка от моей улыбки. — Какой, к …, порядок, если тут полный …! Она же у тебя прямо-таки о ребра бьется и кричит «караул!».
Принц недоуменно пожал плечами, но, видя, как моя улыбка становится еще более ласковой, отвернулся с обиженной миной и стал с повышенным вниманием изучать неровности на ближней стене. Я обратила полыхающий праведным гневом взор на его дружка — и вот уже волк тоже срочно занялся поиском каких-то неведомых знаков на другой стене, заглядывая между делом и на потолок.
— Вот, значит, как. — Голос мой звучал тихо и проникновенно как никогда. — Я, значит, из кожи вон лезу, наизнанку мясом кверху выворачиваюсь, чтобы помочь, а вы… А вы, значит, чуть я за двери, бегом спешите вредные для здоровья деликатесы потреблять? Так уж стало невтерпеж?! — Я обернулась в сторону дракона, скромно лежащего в своем уголке. — Они как, все копченое сало стрескали в два грызла или осталось хоть немного?
Гром фыркнул и повел глазом в сторону кладовой, а Ворх возмутился до глубины души:
— Ну и к чему такие-то поклепы? Твою долю мы не тронули! И вообще…
Он осекся, заметив, как сузились мои глаза, да и выражение лица у меня, надо полагать, было то еще. Я встала и демонстративно смерила его взглядом, считая про себя до десяти: смех смехом, но происходящее разозлило дальше некуда.
— Если ты действительно подумал, что меня волнует возможность неравного раздела имеющихся в наличии продуктов питания, то ты еще больший дурак, чем иногда кажешься! — отчеканила я, глядя на него сверху вниз. — Можете заглотать все, что видите, и друг другом закусить, но в таком случае помощи от меня больше не ждите! — Я медленно сделала глубокий вдох-выдох, снова считая до десяти, потом обратилась уже к принцу, молча глядевшему на меня во все глаза: — Понимаю, тебе надоело «все на пару» и кашки-простоквашки, но мог бы и головой подумать, прежде чем отправлять под хвост чертям всю мою работу, которая мне, между прочим, дается не так легко и весело, как хотелось бы!
Я резко развернулась и, сопровождаемая скорбными взглядами дружков-обалдуев, ушла от притихшей компании в кладовую. Так и есть: налицо недостача копченого сала, жареных грибов, да и большая крынка, в которой хранилась до жути острая приправа, обожаемая шушками, пуста почти наполовину. Что называется — отвели душу. Да шайтан бы с этим провиантом, лишь бы на здоровье, но тут как раз не тот случай…
Сердиться долго и всерьез на эту парочку пещерных партизан я, конечно, не собиралась, но устроить разнос таки следовало — чтобы впредь неповадно было игнорировать мои ценные указания! Сдвинув брови еще суровее и скрестив руки на груди, я грозовой