Петербург. Зеленоватая бронза, красноватый гранит и целительный для души простор меж небом и Невой. Но и сюда дотягиваются щупальца страха и злобы, но и здесь, как и везде, преступники готовы на все ради наживы или спасения собственной шкуры. Однако, строя козни против Варвары и ее друзей, они еще не знают, что есть на свете вещи пострашнее, скажем, наручников или автоматной очереди из — за угла. Ну, а новые приключения неугомонной компании — верное средство от скуки.
Авторы: Клюева Варвара
изображение машины.
— Тут, конечно, очень крупное зерно, но мне удалось разобрать две последние цифры и буквы номера.
Селезнев вскочил.
— Немедленно звоним полковнику!
— Подожди, — остановила его Сандра, поудобнее устраиваясь на диване. Не суетись.
— Сандра, ты что, не понимаешь? — вытаращился на нее Селезнев. — Эта машина исчезла в то же время, что и Варька. Даже если это совпадение, водитель почти наверняка что-нибудь заметил.
— Скорее всего, — невозмутимо согласилась Сандра. — Если тебе не трудно, сядь, пожалуйста, мне тяжело разговаривать, запрокидывая голову.
Селезнев стиснул кулаки и запыхтел, как паровоз, но подчинился.
— Я, как и обещала, позвонила полковнику, — продолжала Сандра. — Он подтвердил, что ждал твоего звонка, и дал мне телефон лейтенанта Луконина, которого выделил тебе в помощь. Совсем молоденький, по голосу. Петей звать.
— Сандр-ра! — зарычал Селезнев.
Она посмотрела на него глазами раненой лани, и Дону пришлось прикусить язык.
— Когда я догадалась рассмотреть испорченный кусок пленки, то сразу бросилась звонить тебе, но линия была занята — после набора первых трех цифр сразу раздавались короткие гудки. Тогда я решила все отпечатать и увеличить кадр с машиной. Мне удалось рассмотреть последние цифры номера. Остальное напрашивалось само собой. Я позвонила лейтенанту Пете, попросила установить, сколько «Жигулей» шестой модели заканчиваются на 04-ЛД, после чего опять стала названивать тебе. Как только мы поговорили, перезвонил Петя. Он выяснил все, что нужно, и рвался в бой. Подходящих «Жигулей» оказалось всего восемь. Петя поехал проверять владельцев. Я переслала ему по факсу фото Варвары и рисунок.
Дон снова вскочил.
— Он продиктовал тебе список машин с фамилиями и адресами владельцев? Сказал, куда поедет в первую очередь?
Сандра покачала головой.
— Нет. Он собирался, но я подумала, что тебе нужно отдохнуть. Восемь адресов — это немного. Петя наметил оптимальный маршрут и заверил, что управится самое большее за три часа.
Селезнев схватился за голову.
— Ты соображаешь, что делаешь?! Мы могли бы выгадать полтора часа! А если твоя самодеятельность будет стоить Варваре жизни — что тогда?! Господи, помилуй! Ты понимаешь, что, возможно, отправила зеленого юнца прямиком в волчью пасть? От него оставят рожки да ножки, а Варьку упрячут так, что ни одна собака не найдет!
Сандра спокойно наблюдала, как он меряет кухню аршинными шагами, и ждала, когда буря утихнет. Наконец Дон выдохся.
— Ты прекрасно знаешь, что порешь чепуху, — заговорила она ровным голосом. — Волки, готовые растерзать милиционера, никогда не взяли бы для похищения собственную машину. Это все равно что оставить на месте преступления визитную карточку и семейный альбом с фотографиями. Если Варвару увезли на этих «Жигулях», то машина, скорее всего, краденая. Расследовать такую кражу — дело местной милиции. У тебя на это нет ни времени, ни сил. Будешь ты искать воров или нет, поиски все равно затянутся. С твоей стороны было бы разумнее использовать хотя бы часть этого времени на отдых.
— Какая трогательная забота! — снова вскипел Селезнев. — Сегодня все, кому не лень, советуют мне отдохнуть, разве что колыбельные песни не поют. Интересно, для чего ты вообще взяла на себя труд позвонить мне в Москву? Армии сыщиков, которую тебе удалось навербовать, мое присутствие не нужно даже для галочки! Но я не позволю делать из себя карточного болвана! На кону стоит Варькина жизнь!
Он выскочил из кухни, а через секунду хлопнула входная дверь.
«И некоторые еще утверждают, будто любовные романы — это сказки для сентиментальных дур, — подумала Сандра. — Интересно, как эти скептики прокомментировали бы такое вот кипение страстей? А Варьке повезло. И в двадцать-то лет далеко не всякой девице удается стать объектом столь пылких чувств, а уж когда тебе за тридцать… — Неожиданно для себя Сандра поняла, что злится. — А уверяла, дуреха, будто они с Доном питают друг к другу исключительно дружеские чувства! Как можно быть такой слепой! Ну, только найдись, я тебе вправлю мозги!»
Ее воспитательные мысли прервал звонок в дверь. За порогом с видом побитой собаки стоял Селезнев.
— Извини, Сандра! Я веду себя, точно истеричная барышня или вельможный хам. Наорал, натопал ногами, сорвал на тебе злость… Пора принимать валерьянку. Прости меня, ладно?
Сандра улыбнулась загадочно, как Мона Лиза, и впустила его в квартиру.
— Прощу, если поможешь приготовить завтрак. Я голодна, как мамонт в ледниковый период.
После завтрака оба, несмотря на взаимные
