Леший

Да! – старый врач резко поднял стакан, расплескав немного алкоголя. – Мы крысы! Заперлись тут, на острове. Большинство из нас боится даже нос за забор высунуть. Сидим тут, трясемся, ждем, когда нам что-то принесут наши рейдеры.… Ты ведь знаешь, Наська моя зависит от этих лекарств, – доктор кивнул головой на сейф. – Ей без них долго не прожить же. Ты когда в прошлый раз сказал, что лекарств больше нет, я… я… – доктор расплакался. – Я ведь думал что все. Наська моя умрет, не будет ее…
– Ю-у-урьич, – протянул Леший, закинув в рот колесико колбаски, и прожевав продолжил, – Найду я тебе лекарства! Небоись!!! Схожу в город, с Надей этой пообщаюсь, узнаю расклад. В городе то точно есть лекарства. Нужно просто поискать…
– Не надо тебе в город, – опустив голову печально вздохнул старый врач. – Прости меня, Леший… Не ходи в город… не надо тебе туда… прости.. – голос врача становился более глухим и менее разборчивым, пока голова врача не коснулась крышки стола.
Леший толкнул приятеля. Тот спал. Пожав плечами, закинув в рот остатки колбасы, допив залпом остатки коньяка, Леший аккуратно поднялся и вышел из кабинета. Отыскал в небольшой приемной старенькую бабушку, которая помогала Алексею Юрьевичу с пациентами, в двух словах описал состояние врача, так как на большее количество сейчас уже был не способен. Усталость и недосып делали свое. Немного выпитого алкоголя совсем расслабили его мозг и тело.
– Ох, – вздохнула бабушка, – Хороший ты человек, Леший, но вот если операция какая? Как он сейчас?!
Леший пожал плечами.
– Да я то что, он сам предложил… так-то вдвоем, а иначе б он один…
Женщина устало махнула рукой и Леший попятившись, вышел из комнаты.

Утро застало его дома. Казалось, его голова только коснулась подушки, как тут же на столике у кровати противной трелью задребезжал телефон. Слепо нашарив трубку, он, не открывая глаз, приложил ее к уху.
– Леший, планерка в 10, явка обязательна, – донесся голос секретарши главы администрации.
– Угу, – отозвался тот и так же, не открывая глаз, опустил трубку старого проводного телефона на рычажки.
Леший выругался. Будь проклят тот техник, который смог прокинуть провода по всей деревне, подцепив пару десятков телефонов и завязав их на коммутатор главы деревни. Хотя, скорее всего, тогда бы сейчас в его двери барабанил какой-нибудь мальчишка, чтобы передать на словах или на бумаге сообщение угрюмому и страшному дядьке. Лешего передернуло, вставать не хотелось, и он согласился, что телефон, который постоянно сбоит из-за «случайно выпадающего» кабеля, – меньшее из зол.
Сон больше не шел, как он ни старался. Провалявшись еще час, он смирился с мыслью, что выходной сорвался. Если его вызывают на планерку в администрацию, то, скорее всего, дело важное и, конечно же, срочное, а еще неимоверно секретное.
Тяжело поднявшись с кровати, Леший прошлепал в душевую. Включил водонагреватель. Умылся ледяной водой, пока та нагревалась в баке. Голова не болела, но мысли слегка путались. Причиной тому скорее всего были усталость и недосып, нежели алкоголь. Одна бутылка пусть и дорогого марочного коньяка для двух здоровых мужиков за ночь, это не о чем. В армии бывало после очередного обстрела выпивали ни по одной бутылке и на много более крепкого напитка и ничего, через день были как стеклышко. Алексей Юрьич после второй стопки раздобрел, покраснел и сорвался с цепи, рассыпаясь в благодарностях по поводу найденных редких лекарств для внучки, затем костерил неумелое управление главы, за его прогибы перед лесопилкой. Люди оттуда вновь подняли плату за готовые материалы, и им приходится теперь добывать большую их часть, разбирая дома в округе, вместо того, чтобы добывать необходимые лекарства, которых у него, к слову сказать, осталось с пригоршню, да и то, зеленка да бинты не первой свежести. Слушая старого врача, Леший в который раз уже пообещал наведаться в очередном дальнем рейде в аптеку и притащить столько лекарств, сколько сможет унести. Алексей Юрьич вновь рассыпался в благодарностях, утверждая, что если бы не он, Леший, то давно бы уже этот анклав загнулся или скатился до уровня той же лесопилки, где некоторые люди уже давно перешли через моральную черту и стоят на гране срыва в бездну.
Вода в бачке, закрепленном на стене, весело зашипела, возвещая о том, что подогрелась. Вынув вилку из розетки, Леший разделся, влез в самую настоящую душевую кабинку и включил подачу воды. Не каждый в деревне мог похвастать такой системой, но Леший был уважаемым человеком и потому, благодаря своему статусу, мог пользоваться некоторыми благами, недоступными простым работягам, трудящимся на ферме, ветряках