Неприятно узнать, что твоя жизнь кем-то распланирована, а счастливого конца не предусмотрено. Казалось бы, только взял судьбу в свои руки, как тут же находятся те, кто считает иначе. Новоявленные родственники, спецслужбы и аристократия водят вокруг хоровод, желая подмять талантливого юношу под себя. Что ж, Егору не привыкать: где-то кровью, где-то хитростью, а где-то компромиссами приходится выстраивать собственную лестницу в небо.
Авторы: Федорочев Алексей Анатольевич
выводах, а Руслан с Брониславом умчались рыть землю дальше в поисках заказчика слежки и компромата на агентство. Из уже подслушанных разговоров топтунов личность таинственного клиента «Фаворита» не вырисовывалась, отчитывались шпики непосредственно в головной московский офис, оттуда же получали неизменное указание продолжать. Сложился какой-то замкнутый круг: они следили за мной, мы следили за ними, а ясности не прибавлялось. Еще и Рогов опять звонил, интересовался делами, но в нашей непонятной обстановке я не хотел афишировать связь с ПГБ, так что его командировка в который раз откладывалась, что не прибавляло ни мне, ни ему радости.
Второе, что портило мне настроение, — это глупая, иррациональная обида на Задунайских. Друг семьи, как же! Друзей так не подставляют! Столкнуться с родней я мог сотней способов, тот же князь мог не устраивать представление на потеху публике, а аккуратно вывести их к себе в кабинет и пригласить меня туда же. И то, что он был явно раздражен каким-то разговором с Потемкиными, его не извиняет. Да, я знаю, что между их кланами не все гладко, но я-то тут при чем? Открытым текстом ведь говорил, что не рвусь к ним в родственники.
И третье — это намеченная встреча с дедом и отцом, причем именно в таком порядке — короткого знакомства хватило, чтобы понять, что решение но мне будет принимать исключительно старший, а наследник ему при любом раскладе подчинится. А я до сих пор не определился со своим отношением к этой семейке: по большому счету, мне на них было начхать, но теперь, раз они объявились в моей жизни, требовалось выработать какую-то линию поведения, что мне никак не удавалось сделать. Слишком многое в моей судьбе сходилось на этих людях.
В таком вот раздрае я и тронул кнопку звонка на воротах особняка Потемкиных.
— Благодарю, что откликнулись на мое приглашение. Чай, кофе? — В отличие от Кирилла Александровича, который, принимая меня в кабинете, всегда пересаживался из-за своего монументального стола на диван или кресло гостевого уголка, подчеркивая свое радушие и расположение, Александр Павлович и не подумал покинуть рабочее место, которое к тому же стояло на небольшом возвышении по сравнению с остальной частью кабинета. Мелкий штрих, который много говорил о хозяине дома.
— Кофе; если можно, без сахара.
Пить не собирался, но отказываться было невежливо, все равно что-нибудь да навязали бы, а открыто демонстрировать недоверие — еще и глупо. Князь кивнул слуге, проводившему меня сюда, и пригласил на даже с виду неудобный стул для посетителей.
— Располагайтесь, сейчас все принесут.
Дальше в разговоре повисла пауза, в течение которой Потемкин-старший пристально изучал мою внешность. Ответить ему тем же было неприлично, так что я отвлекся на обстановку. Со слов Григория, от былого могущества Потемкиных остался пшик за мишурой, но надо признать, мишура была качественной. Стол из красного дерева, тронообразное кресло князя, другая мебель в том же торжественно-роскошном стиле. Стеллажи с уральскими самоцветами заставили вспомнить, что Строгановы и Демидовы в истории этого мира так и не поднялись выше невеликих родов, а богатства Урала разрабатывались поколениями Потемкиных, вовремя ухватившихся за эти земли.
Потемкин-наследник появился вместе со слугой, несущим на подносе кофейные принадлежности, когда терпение мое было уже на исходе. В конце концов, я не напрашивался на аудиенцию!
— Добрый день! Я не опоздал?
— Опоздал, — с ворчливыми интонациями произнес пожилой мужчина, — но мы еще не начинали.
— Тогда прошу прощения, что заставил ждать. — Павел Александрович навис надо мной, протягивая ладонь для рукопожатия и лишив возможности подняться со стула. Пришлось проявлять невежливость и отвечать сидя. Импульс жизни, переданный с рукопожатием, растворился в теле без последствий. Продолжая держать меня за кисть, папаня повторил воздействие, но с тем же успехом. Уже интересно.
Прекратив энергично трясти мою руку, Павел сделал вид, что все идет как надо, и перешел за спину деду. Короткий обмен взглядами я засек исключительно благодаря тому, что пристально наблюдал за обоими.
— Признаться честно, Егор, нас удивила смерть Сергея Модестовича. Кирилл Александрович сказал, что вы были свидетелем его гибели и можете поделиться подробностями.
— Да, ваше сиятельство, мне довелось присутствовать при этом скорбном событии. Князь разбился в своем МБК. Я наблюдал эту аварию собственными глазами.
В момент боя я не знал, что стартовавшая сбоку усадьбы тройка МБК вовсе не горела желанием ввязаться в драку, а пыталась эвакуировать бывшего главу. Двое телохранителей вместе с охраняемой персоной
