Неприятно узнать, что твоя жизнь кем-то распланирована, а счастливого конца не предусмотрено. Казалось бы, только взял судьбу в свои руки, как тут же находятся те, кто считает иначе. Новоявленные родственники, спецслужбы и аристократия водят вокруг хоровод, желая подмять талантливого юношу под себя. Что ж, Егору не привыкать: где-то кровью, где-то хитростью, а где-то компромиссами приходится выстраивать собственную лестницу в небо.
Авторы: Федорочев Алексей Анатольевич
— Не имеет особого смысла, — подаю голос, потому что Борис впервые замешкался с ответом, — это на средний и мелкий достаток рассчитано, а они в самом центре не живут. А добираться туда дорого выйдет. Один-два раза, может, еще и сходят, а постоянно… Да и земля там недешево обойдется, не с нашими капиталами соваться. А здесь и вокзал поблизости, и район заселенный, и до центра не так уж и далеко.
— Разумно. Тогда с местом согласен. Насчет земли не узнавали?
— Пока нет. Деньги только недавно появились, а тут еще экзамены, праздники…
Артем с любопытством переводил взгляд с меня на брата. Держу пари, он и не подозревал в младшем таких талантов.
— А это что за помещения без окон? — спросил он, тыча в центр плана здания.
— Небольшие кинозалы, — снисходительно пояснил мой приятель.
— Думаешь, окупятся?
— Почему нет?
— Идея интересная; думаю, все получится. Это я заберу, сметчики посчитают, через несколько дней свяжусь с вами. Сложности, конечно, будут, но преодолимые. Пайщиков искали?
— Тоже нет еще, ждали вашего вердикта, — отвечаю, внутренне ликуя.
— Тогда не ищите, есть у меня кое-кто на примете, кто захочет вложиться. Но на переговоры со мной пойдете, все трое!
— А я зачем? — удивляется Артем. — Проект-то не мой.
— Вместо меня курировать будешь. Пора тебе уже делом заняться, а то расслабился ты здесь со своей учебой! Вон молодежь вперед тебя деньги зарабатывать рвется. Бери пример!
— Ну спасибо, брат!.. — прошипел сквозь зубы наследник ярцевской империи.
— Да на здоровье! — пожал плечами Борис.
— Егор, у меня к тебе еще один вопрос; я в Москве столкнулся с новинкой, некими стеклопакетами. Навел справки, а мне в правообладателях лицензии знакомое имя назвали.
— Было дело, покупал у немцев. Не сам, конечно, через тогдашнего партнера оформлял. Только я ему потом все паи продал.
— Паи, может, и продал, а лицензия на вас двоих осталась оформлена. И с немцами у нас как на грех отношения обострились, что-то там в верхах не поделили опять. Не хочешь мне свои права передать? Гавриленков разворачивается, но мощностей у него пока не хватает, а вот я бы вложился.
— Мм, а можно мне подумать немного?
— Продешевить боишься? Не переживай, цену я справедливую дам.
— Не то чтобы боюсь, просто с Гавриленковым мы в свое время не очень хорошо расстались, а вот потом оказалось, что зря. Или не зря. Там… сложно там все, в общем.
— Я, если переживаешь так, Гавриленкова твоего трогать не буду. Мне он не конкурент, а рынка нам с ним надолго хватит.
Или сам открывай производство вместо этого вашего торгового центра.
— Я подумаю, ладно? Траты на открытие там сравнительно небольшие, производственную линию сами немцы монтируют всего за неделю. Но если с ними сейчас трудности, то даже не знаю…
— Это новую лицензию оформить сейчас сложно, а по старым контрактам они все исполняют. Подумай, только недолго.
Если долго думать будешь, то мне проще обходные пути найти.
— Неделю дайте, хорошо?
— Неделю потерплю. Как раз смету примерно прикинем.
После таких хороших новостей и зеленые сопли пошли на ура. И вполне съедобные оказались, несмотря на мерзкий вид. Разволновавшийся Черный, тянувший до этого энергию непрерывным потоком, тоже постепенно успокоился и перестал давить на мой многострадальный организм. Кстати, я заметил интересную особенность: зацепившись за меня как за донора, Борис непроизвольно формировал устойчивый канал, и к другим уже не «присасывался», так что окружающие даже не замечали особенностей гасителя. С одной стороны, хорошо: переговоры он провел замечательно, а отец ему скидки на родство не давал никакой, я бы, например, вряд ли так смог; но с другой стороны, в каких-то сложных ситуациях дополнительная нагрузка на мой источник могла выйти боком. Это обстоятельство никоим образом не влияло на наши отношения, просто отметил факт как потенциально для меня опасный.
— Что за стеклопакеты? — насел на меня Борис на обратном пути.
Пришлось рассказывать и рисовать. Описывая преимущества, почувствовал себя прямо-таки рекламным агентом. Но ведь не врал, действительно удобная вещь.
— А почему раньше не рассказывал?
— Борь, я думал, что все Гавриленкову продал, даже не вспоминал о лицензии.
— Договор с Гавриленковым тоже покажешь, я посмотрю, что ты ему напродавал. Но если это такая классная вещь, не вздумай отцу продавать, сами производство откроем!
— Борь, ну ты же сам видишь: из меня коммерсант — как из дерьма пуля. Не по этой я части!
— Ты, главное, при отце такого не ляпни! Вмиг все уважение потеряешь, — строго предупредил
