Неприятно узнать, что твоя жизнь кем-то распланирована, а счастливого конца не предусмотрено. Казалось бы, только взял судьбу в свои руки, как тут же находятся те, кто считает иначе. Новоявленные родственники, спецслужбы и аристократия водят вокруг хоровод, желая подмять талантливого юношу под себя. Что ж, Егору не привыкать: где-то кровью, где-то хитростью, а где-то компромиссами приходится выстраивать собственную лестницу в небо.
Авторы: Федорочев Алексей Анатольевич
случись с ним что… — продолжать не потребовалось, присутствующие прониклись. Лев Романович был известной личностью не только в Москве и имел славу жесткого дельца не за красивые глаза. Ходили слухи, что пару раз и кланам укорот давал, когда они пытались влезть в его бизнес. И хоть его возможности значительно уступали возможностям Задунайских — иметь его во врагах не хотелось никому.
— Спасибо за предупреждение, учтем, — соглашается собеседник.
— С другой стороны, он все же теперь не Ярцев и собственная репутация ему требуется… — опять не заканчиваю фразу, но меня понимают правильно.
— Первоначальная обработка со страховкой… — задумчиво тянет Ягодин. — Нормально, обеспечим! — кивает он своим мыслям.
— Если не возражаете, я бы с ним сейчас переговорил, тогда окончательно станет ясно.
Закончив формальности с наймом «Кистеня», отправляюсь в выделенные нам комнаты, где застаю буквально всех: и Черного, и Земелю с Шаманом, и подлеченного Гальку, и даже Михалыча. Один только Шота отсутствует — все еще лежит на койке в импровизированном лазарете имения. Что поделать, неодаренный, да еще с серьезным ранением, при всех маменькиных усилиях будет восстанавливаться дольше магов.
Набившиеся в помещение люди разом замолкают и вопросительно смотрят на меня.
— Новый контракт, — объявляю собравшимся, — ответный визит, так сказать. За вчерашнее тоже заплатили, так что премия всем будет нехилая. Кто хочет уйти — говорите сейчас, никаких обид не будет, — последняя реплика относится в основном к Гальке и Михалычу. Одобрительный гомон служит мне ответом — нормальные люди работают в уютных офисах, а не в наемничьих конторах.
Ответив на появившиеся вопросы, обращаюсь к гасителю:
— Борис, на пару слов! — Выведя приятеля в коридор, обрисовываю ему дело и перспективы. Что к чему, он разбирается быстро, а после пары намеков понимает собственную потенциальную выгоду.
— Маша? А почему не сам?
— Знаешь, ну не воспринимаю я ее в таком качестве! И тебе не обязательно, просто имей в виду. Задунайские одним родом не ограничиваются — может, и в младших ветвях кто-нибудь тебе подойдет.
— А как же Люда?
Закрываю глаза и мысленно считаю до десяти. Открыв и наткнувшись на обиженный взгляд Бориса, понимаю, что считать нужно было как минимум до ста, но момент уже упущен. Первая любовь, блин… все время забываю, какими идиотами люди в это время становятся!
— Сложится у тебя с Людой — хорошо, но согласись, это пока неизвестно! — К сожалению, я точно знаю, что не сложится, но разочаровывать товарища до сих нор опасаюсь. — А так хоть какой-никакой выбор будет. Девушка тебе не всякая подойдет, а сильные одаренные чаще всего как раз клановые! Я ж не про сегодня-завтра говорю, а про отдаленное будущее.
Такие аргументы Борис принимает. Он и так был согласен поучаствовать — как я и озвучивал Задунайским, репутацию рода Черных еще предстоит нарабатывать. А если учесть, что союзов семей, носящих звание клана, в государстве всего тридцать девять на сегодняшний день, то даже просто иметь расположение главной семьи одного из них — это немало.
Собственных личных бойцов у Задунайских около трех десятков, одаренных — всего шестеро — злополучный Ельнин и пятерка ветеранов старого князя. При таком раскладе каждый маг, да еще умеющий воевать, — на вес золота, потому-то в нас так и вцепились. К вечеру в строю окажется только Михаил, Вениамину и остальным отлеживаться как минимум до конца недели, и это при условии, что мать будет заниматься только ими. Учитывая предстоящий бой — сомнительно, что так получится.
Но и бывший глава сейчас не в лучшем положении — его личная гвардия была не намного больше. Часть доверенных людей он потерял при неудавшемся покушении, причем на особом счету три прямых родича: убитый мною был племянником, а захваченный в плен — средним сыном организатора, еще отличился Шаман, прикончив младшенького из этого семейства. В свете узнанных новостей отсидеться в стороне никак бы не удалось, несмотря на подписанный задним числом контракт.
Из спутанных дополнительных объяснений Михаила, который слонялся по дому обвешанный кучей недешевых лечебных артефактов, я вынес, что клановые войска в конфликте задействованы быть не могут — имеются заморочки с законодательством, присягой и, как ни смешно звучит, — традициями. Что, правда, не мешает противнику точно так же нанять какое-нибудь прикормленное наемное агентство: уверен, что у человека такого масштаба есть подобное на примете. Но вот после сделанного в прессе объявления привлечь кого-то втемную уже не получится, тут князь вовремя подсуетился. Жаль, что не сделал этого раньше, но там тоже все
