Личная ведьма для инквизитора

и возвращался к чтению, недовольно хмыкая.
Я же, как бы ни убеждала себя в том, что это обыкновенный мужчина, а мне пора бы выйти из комнаты и даже не смотреть в эту сторону, залюбовалась им. Никогда никто не привлекал меня настолько, как Людвиг. Если б наш досмотрщик, Казимир, изволил без рубашки, да что там, хоть голым бы он прошелся рядом со мной, я б даже не посмотрела в ту сторону, только велела бы ему вспомнить о правилах приличия!
А тут… Я даже не знала, руководила ли мною магия, или мне в самом деле хотелось прижаться к этому мужчине, провести ладонями по сильным широким плечам…
— Гера? Что-то случилось?
Я вздрогнула и быстро заморгала. Людвиг, нисколечко не стесняясь того, что был полураздет, повернулся ко мне. Книгу свою захлопнул и оставил на подоконнике, но при всем моем женском любопытстве, я даже не посмотрела в ту сторону. Вместо этого с какого-то перепугу принялась рассматривать его пресс.
Что ж. Возможно, фиктивный брак — не такой уж и плохой вариант. По крайней мере, муж у меня очень привлекательный будет…
Если пройдем четырнадцать испытаний.
Эта мысль и непривычная тяжесть браслета, напомнившая о себе резкой болью в руке, немного отрезвили меня, и я наконец-то изволила посмотреть на Людвига — точнее, на его лицо, а не на то место, на которое я пялилась уже три минуты.
— Я нашла одно хорошее заклинание для уборки. Хочу сходить в Дворец Бракосочетаний, запустить его туда, потому что венчаться в таком свинарнике мне что-то совершенно не по душе, — я виновато улыбнулась, как будто была виновата в том, что Антвас превратил такое прекрасное место в сущий кошмар.
— Сходить с тобой? — тут же предложил Людвиг.
Что ж, возможно, я бы и согласилась, но как-то мне не хочется в святое место ходить с мужчиной, пробуждающем в моей голове крамольные мысли. И вообще… Я его искренне ненавижу, он чуть на костре меня не сжег! И теперь мечтать оказаться в его постели? Этого только не хватало! Я — женщина сильная и независимая…
— Нет, я сама, — улыбнулась я. — Если только усилитель мне для заклинания дашь…
Интересно, станет спорить? Будет рассказывать о том, что с такого рода заклинаниями и самостоятельно можно справиться, а я только зря его беспокою со всеми своими выдумками? Или со всей инквизиторской спесью заявит, что нечего всяким священнослужителям помогать, пусть самостоятельно со своими проблемами в виде бардака справляются?
Но Людвиг, очевидно, решил поступить совсем не так, как я от него ожидала.
— Дам, конечно, — пожал плечами он и, вместо того, чтобы спорить, протянул руку и зажег на ладони уже привычный колдовской пульсар.
Сила отозвалась на зов с удивительной легкостью, и уже через минуты две на его ладони сформировался крохотный камушек, сверкающий, будто драгоценный.
— Сожмешь в руке, и сила перейдет тебе, — с улыбкой пояснил Людвиг. — Используй, как хочешь.
— Остаток вернуть? — уточнила я.
— Зачем? Потом само восстановится.
Я усмехнулась. Щедрый, значит? Или просто не до конца понимает, насколько важна для колдуна его сила? Обычно маги жадные до такой степени, что аж подумать страшно, а тут…
Впрочем, не надо идеализировать женишка. Не такой уж он и хороший, как я могла бы подумать, просто притворяется, да и только! Ему не впервой, был же инквизитором, и ничего страшного, не дергало его от перспективы невиновных женщин и мужчин на костре сжигать!
— Слушай, — решилась я, — там Казик присматривает за одним моим кухонным заклинанием… Приглядишь тоже?
— Хорошо, — кивнул Людвиг. — Но у тебя же такие заклинания, что за ними и смотреть не надо…
Он взмахом руки подозвал рубашку, и я, наблюдая за тем, как одевается мой жених, вдруг ощутила укол совести.
— Мы ведь должны быть заодно? — ни с того ни с сего спросила я.
— Ну да, — ухмыльнулся фон Ройсс. — Мы же собираемся не дать этому гаду отобрать наше наследство. Или ты имеешь что-то против нашего брака?
Я-то, конечно, вообще не собиралась замуж, но сейчас, глядя на Людвига, начинала очень сильно в этом сомневаться…
— Это не моё заклинание, — выпалила я, решив действовать быстрее, пока не передумала окончательно.
— А чьё?
— Да Барбары! А она никакая кухарка! В общем, — я спешно щелкнула пальцами и вложила в руку Людвигу тонкую карточку. — Активируй вот это, чтобы потом убраться. И не пробуй те пироги, которые сделал. Казика можешь не спасать. Но к священнослужителю я таки схожу.
Инквизитор охотно взял предложенное заклинание, взглянул на его витиеватую формулу, будто заучивая, чтобы потом активировать без проблем, а потом повернулся ко мне и, явно оправдывая свой статус жениха, поцеловал. В губы.