Лики смерти

предложил он Ортеге, пошатнувшись.
Тот молча выбил бутылку у него из рук, и она хлопнулась об асфальт.
– Во, блин, – прокомментировал Томас, пошатнувшись еще раз. – Hola, Гарри! Hola, Сьюзен! – Он помахал нам, едва не упав при этом. – Я… ик!.. хотел предложить и вам тоже, но этот чувак все расплескал к черту.
– Может, в другой раз, – сказала Сьюзен.
В одном из туннелей, ведущих со стадиона на стоянку, показался голубой огонек, и из него выехало нечто среднее между микроавтомобилем и тележкой для гольфа с синей мигалкой на крыше. Сидевший за рулем Кинкейд кивнул на заднее сиденье.
– Садитесь. Остальные уже ждут.
Мы подошли к машинке одновременно. Ортега сделал движение, чтобы сесть, но я жестом остановил его.
– Пропустите даму, – негромко произнес я, помогая забраться Сьюзен. Следом за ней уселся я, а уже за нами разместились Ортега с Томасом. Томас сразу же нацепил на голову наушники и принялся трясти подбородком – судя по всему, в ритм музыке. Кинкейд тронул машинку с места.
– А где старик? – спросил он через плечо.
– Его нет, – ответил я и ткнул пальцем в сторону Сьюзен. – Замена со скамейки запасных.
Кинкейд перевел взгляд с меня на Сьюзен и пожал плечами.
– Ничего у вас скамейка, – заметил он.
По темным коридорам он провез нас на поле стадиона. Для меня до сих пор остается загадкой, как он ориентировался в этом лабиринте: я, например, не видел почти ничего. На поле тоже царила темнота: прожектора выхватывали только позицию подающего, первую и третью базы. Кинкейд остановил машину у позиции подающего.
– Все на выход, – объявил он.
Все вышли. Кинкейд отогнал машину к другому туннелю.
– Они здесь, – негромко произнес он.
Из тени выступила на свет Архив с резной деревянной шкатулкой в руках. Сегодня на ней было простое темное платьице без кружев и бантиков, зато с серым капюшоном, застегнутым серебряной брошью. Она все еще казалась совсем маленькой, хорошенькой девочкой, но что-то в ней выдавало разницу между видимым возрастом и знаниями, способностями.
Она подошла к нам, ни на кого не глядя. Казалось, все ее внимание сосредоточилось на шкатулке. Очень осторожно она опустила ее на землю, откинула крышку и отступила на шаг.
Волна тошнотворного холода накатила на меня, когда она открывала крышку. Она прошла сквозь меня; похоже, никто, кроме меня, этого не почувствовал. Сьюзен положила руку мне на локоть, продолжая смотреть на Ортегу с Томасом.
– Гарри?
Последний мой обед состоял из буррито, купленного в забегаловке по дороге от Кассия, но и эта мелочь усиленно старалась вырваться наружу. Я удержал-таки ее в себе и усилием воли отогнал от себя холод. Ощущение прошло.
– Ничего, – сказал я. – Все в порядке.
Архив посмотрела на меня; ее детское личико было совершенно серьезным.
– Знаешь, что в этой шкатулке?
– Думаю, что да. Хотя своими глазами ни разу не видел.
– Ч-чего не видел? – поинтересовался Томас.
Вместо ответа Архив достала из кармана маленькую коробочку. Открыв, она осторожно достала из нее за хвост насекомое размером не больше ее указательного пальца – коричневого скорпиона. Потом осмотрелась по сторонам, чтобы убедиться, все ли внимательно следят за ее действиями. Все следили. Тогда она бросила скорпиона в шкатулку.
В ответ из шкатулки послышался странный звук – нечто среднее между визгом дикой кошки и шипением куска ветчины, брошенного на раскаленную сковороду. Что-то, отдаленно напоминающее облачко чернил в прозрачной воде, выплыло из шкатулки. Размером оно было примерно с детскую голову. Десятки призрачных щупалец оплели скорпиона, вытащив его из шкатулки вместе с облачком. Две или три секунды на панцире плясали язычки фиолетового огня, а потом тот потемнел и рассыпался на головешки.
Облачко поднялось на высоту пяти футов. Архив шепнула какое-то слово, и оно застыло на месте, чуть покачиваясь из стороны в сторону.
– Черт, – пробормотал Томас. Наушник вывалился из его уха и повис на проводке; оттуда доносился едва слышный писк завывающей электрогитары. – А это что еще?
– Мордит, – негромко ответил я. – Камень смерти.
– Да, – кивнула Архив.
Ортега медленно втянул в себя воздух и понимающе кивнул.
– Камень смерти, да? – буркнул Томас. – Скорее он похож на мыльный пузырь, который кто-то типа раскрасил. И приделал к нему щупальца.
– Это не мыльный пузырь, – возразил я. – Там, внутри, твердое ядро. А облако вокруг него – это ореол заключенной в него энергии.
Томас ткнул пальцем в его сторону.
– И что он делает?
Я перехватил его за запястье