Он каждый день висит на волоске от смерти, чувствует за спиной ее леденящее дыхание. Смерть смотрит на него глазами воров, убийц и бандитов, она забирает его друзей, соратников и близких. Но он обязан выжить и для этого стал сыщиком, охотником, зверем, познав, что не всякий друг надежен, не всякий преступник — враг… Его знает вся послевоенная Одесса — подполковника уголовного розыска Давида Гоцмана, но лучше всех изучил его враг, главарь банды Академик, для которого избавиться от ненавистного мента — дело принципа.
Авторы: Бондаренко Вячеслав Васильевич, Поярков Алексей Владимирович
складах, — заговорил Кречетов, стараясь держаться как можно более уверенно. — Пароль сообщать прибывшим только при визировании накладных в комендатуре… Можно менять пароль два раза в сутки, но боюсь, начнется чехарда…
— Вводите. Немедленно, — перебил Жуков, обращаясь к интенданту. — Оба свободны.
— Стоять!..
Часовой не спеша приблизился к машине. Скользнул лучом фонаря по дверце, освещая обозначенный там номер, перевел фонарь на лицо Чекана, его погоны. Тот недовольно прищурился, протягивая удостоверение личности офицера и пропуск на склад. Луч фонаря метнулся вниз, уперся в фотографию на удостоверении, перебежал на соседнюю страничку.
Перед тем как ворота склада распахнулись, Чекан непроизвольно проверил, хорошо ли приклеены усы. Подергал даже. Вроде нормально. А то не хватало, чтобы в самый ответственный момент…
— Проезжайте! — Часовой вернул Чекану документы, козырнул, и «Студебеккер» медленно въехал на территорию склада. И тут же, не успев набрать скорость, снова остановился.
— Стой!.. — К машине приблизился солдат внутренней охраны с автоматом на груди. С вышки на грузовик направили луч мощного прожектора. — Пароль, товарищ капитан!
— А мне никто и не сказал, — пожал плечами Чекан. — А какой сегодня?..
— Вы визировали накладную в комендатуре?
— Два часа назад.
— Наверно, не успели вас предупредить, — виновато отозвался часовой. — Сейчас печать поставлю.
Он забрал протянутую накладную и неторопливо двинулся к КПП. В зеркало заднего вида Чекан разглядел, что ворота за грузовиком медленно закрылись.
— Задняя скорость, — спокойно сказал он водителю и, обернувшись, постучал двумя пальцами по окошку в кузове.
«Студебеккер» задним ходом тронулся к воротам.
— Стой! — взревел от КПП многократно усиленный мегафоном голос. — Всем выйти из машины!..
И тотчас же противно взвыла сирена. Как во время войны, когда объявляли воздушные налеты.
Задним бортом кузова грузовик вломился в ворота, но скорость, набранная машиной, была слишком мала, и они устояли. Из кузова, из специально сделанной в боковине брезента прорехи, злобно, отрывисто застучал «шмайссер» Толи Живчика. И тотчас залаяли в ответ автоматы внутренней охраны. А с вышки ударил крупнокалиберный пулемет ДШК. Двенадцатимиллиметровые пули взбили пыль рядом с колесами автомобиля…
— Давай в раскачку, твою мать!.. — рявкнул Чекан, высаживая обойму «парабеллума» по солдатам, со всех сторон бегущим к машине.
Газанув, «Студебеккер» рванул вперед, отбрасывая и давя облепивших его людей. Круто затормозил, со скрежетом врубил заднюю скорость и снова устремился к воротам. На этот раз те не выдержали таранного удара. С грохотом повалились на землю оплетенные колючей проволокой железные створки, и тяжелый грузовик вынесло на улицу.
Солдат с КПП опустил автомат на подоконник, тщательно прицелился. Лобовое стекло «Студебеккера» со звоном разбилось, водителя отбросило на заднюю стенку кабины. По его груди расползлось огромное кровавое пятно. Чекану слегка задело правую руку…
— Выжми сцепление, — прохрипел он шоферу. Тот из последних сил выполнил приказ.
— Газ!
Чекан почувствовал, как тяжело наваливается на него мертвый водитель. Со злобой отбросил его, вцепился левой рукой в баранку, выкручивая ее…
— Газ!!! — просипел он уже сам себе, усаживаясь на водительское место.
Сзади, из кузова, по-прежнему доносились очереди. Значит, Толя жив и при патронах.
Быстро набирая скорость, «Студебеккер» удалялся от военного склада. Его провожали томительный, надсадный вой сирены и беспорядочная стрельба…
— Почему Академик не предупредил о новых паролях? Поч-чему?.. — Чекан скрипел зубами не столько от боли, сколько от ярости. — Чудом же вырвались! Если бы были не на «студере», вообще не смогли бы уйти!.. Зачем вообще совались, спрашивается?
— Чеканчик, дорогой, — рассудительно заметил полненький лысый Штехель, который аккуратно перебинтовывал ему рану, — что я могу тебе сказать за это?
— Ни хрена ты не можешь сказать! — застонал Чекан. — Почему к тебе перебрались? У Грека тихо, как в раю! Машину есть где спрятать, катакомбы рядом!.. Нет, сорвал с насиженного места!..
— Значит, у него резон. — Штехель, прикусив губу от усердия, щелкнул ножницами, отрезая кусок марли. — Потерпи еще… Вот так. Чтоб спокойнее было, значит, чтоб вернее…
— Спокойнее! Штехель, ты меня не зли, у меня второго человека за неделю убили…
— Да подберем мы тебе людишек, — поморщился Штехель. — Не проблема.
В дверь негромко, но затейливо постучали — три раза коротко, длинно и снова
