Ликвидатор паханов

личное расследование. В нем он целиком опирался на логику и интуицию. Иных инструментов в его арсенале пока не было.
Он знал, где находится фирма, в которой работал его отец. Она называлась «Цербер», занималась ничем не примечательной охранной деятельностью. И наверняка даже самый тщательный обыск офиса фирмы не даст никаких результатов. Вряд ли в офисе найдется хотя бы один самый незначительный документ, доказывающий причастность фирмы к отстрелу лидеров преступного мира и тем более к захвату под свою «крышу» частных финансовых учреждений. У гэбэшников, пусть и бывших, с конспирацией все в полном порядке. Но есть люди. И кто-то из них занял место его отца.
Александру казалось, что он вычислил этого человека.
Крепкий седовласый мужчина с властными чертами лица не пользовался охраной, ездил на обыкновенной черной «Волге» только с водителем, но было в нем что-то, что заставляло думать о нем как о главе фирмы.
Возможно, это он и дал команду устранить отца. Это, само собой, всего лишь догадки. Никаких реальных подтверждений этой версии Александр не имел.

Ольга знала все подступы и подходы к Питону, но только чисто теоретически. Практически все они были закрыты перед ней. Она знала наизусть весь пакет информации, собранной о нем. Знала даже длину его члена. Эта маловажная деталь имела некоторое, хоть и смутное, отношение к плану, который выработала Ольга.
Подобраться к Питону не было абсолютно никакой возможности. Он сидел взаперти в своем особняке и носа оттуда не показывал. А там его не возьмешь, хоть гаубицу со снайперским прицелом на прямую наводку выставляй. Нужно было получить доступ внутрь его апартаментов и там уже действовать по обстоятельствам. Практически это невозможно, хотя шанс у нее имелся. Она женщина, притом красивая. Что, если ее красота откроет дорогу к Питону?
Ольга вошла в образ сверхдорогой проститутки, заглянувшей в Каменьград исключительно в поисках богатого клиента. Как будто здесь таковые водятся. Она ходила в рестораны, сидела за столом в гордом одиночестве, совершенно не пытаясь казаться жрицей любви. Ей предлагали знакомства. Она отзывалась на предложения только солидных мужчин с тугими бумажниками. И заламывала цену. Пятьдесят тысяч долларов в час. Разумеется, на нее смотрели как на умалишенную. И, конечно же, перспективный клиент исчезал в неизвестном направлении. Пятьдесят тысяч долларов в час мог заплатить только один человек – Питон. Для него это раз плюнуть. Только нужно ждать, когда известие о придурочной красотке достигнет его ушей. А ждать опасно. В любое время мог наехать какой-нибудь сутенер или даже целая команда. У нее, конечно, есть возможности отбить наезд, но это может насторожить Питона, если он уже знает о ней. Может возникнуть вопрос, откуда у нее специальная подготовка.
Но страхи ее насчет сутенеров оказались напрасными. Никаких наездов на нее не было. Ее никто и пальцем не тронул, ни одним словом не оскорбил. Но и люди Питона на нее не вышли. Значит, она его не заинтересовала. Слухи о ней уже дошли до него – в этом она почему-то не сомневалась. Как-никак почти две недели прошло с тех пор, как она засветилась в Каменьграде.
Ее помощники умудрились поставить на прослушивание сотовый телефон Питона, но ничего интересного из его разговоров не выловили.
Зато у нее появилась возможность проникнуть к Питону с приездом в город на гастроли певца Арсения Смольского.

Питон сидел в своем роскошном кабинете, уподобляясь истинному янки: задница в кресле, ноги на столе и сигара во рту. Только он выглядел куда внушительней любого американца.
Ему звонили из города.
– К нам на гастроли Смольский прикатил, – как о чем-то несущественном сообщили ему с того конца провода.
Это и было несущественным.
– Кто такой? – спросил Питон.
– Да так, ничего особенного. Поет вроде неплохо.
– Когда концерт?
– Сегодня.
– Пусть поработает на толпу. Потом сразу его ко мне волоки, вместе со всей его кодлой. Ну все, давай.
Он положил трубку и тут же забыл об этом разговоре.
Потом к нему прибыл Лопух. Вот с ним разговор будет серьезный. Козла одного нужно убрать. Мент один в Каменьграде не по теме возбухать начал, бочку на Крота катить. А Крот у Питона в авторитете. Он его в обиду ментам не даст. Он начальнику ментовскому отмашку дал, чтобы тот легавого своего попридержал. Тот только руками развел. Ладно, избавимся от оборзевшего мусорка по-своему. Другим, кстати, будет наука.
Лопух Питону нравился. Хитрый, пронырливый, но не «ржавый», нет в нем подлости. Таких он особенно ценил. Приближал к себе. И