Ликвидатор паханов

всем самой Ольге, считая, что делает это в самый удобный момент. Ольга объяснилась со своим парнем, его ответ растрогал ее, сейчас она мягче воска. Вдруг она войдет в его положение и помилует, потом и отпустит. Лопух просчитался: своим признанием он подписал себе смертный приговор. И понял почему. Но приговор в исполнение приводит не Ольга, а какой-то пацан. Этого Лопух понять не мог: не будет же Максим объяснять ему, что он так же, как и Ольга, работает на Организацию.
– Я должен заставить тебя молчать.
Максим вскинул автомат, снял его с предохранителя и хладнокровно нажал на спусковой крючок. Лопух умер без мучений.
– Я жду объяснений, – услышал он за спиной голос Ольги.
Ее оружие было взято на изготовку. Возможно, она решила, что он захочет избавиться и от нее.
Максим спокойно стер со своего автомата отпечатки пальцев и сбросил его на труп.
– Ты разве ничего не поняла?
– Что я должна была понять?
– Организация, к которой ты принадлежишь, трансформировалась в мощную мафию. Твой Наставник это знает, но не хочет, чтобы это знала ты. Иначе тебя должны убить.
– Откуда такая уверенность? И что ты знаешь об Организации?
– Организация призвана остановить преступный беспредел. Ее ликвидаторы физически уничтожают лидеров криминального мира. Среди ликвидаторов есть только одна девушка. Это ты. Главный Инструктор считает, что ты лучшая из всех, кто проходил подготовку в специальном учебном центре.
– Откуда ты знаешь про Главного Инструктора?
– Я сам проходил курс специальной подготовки в этом центре.
– Ты?!
– Уже год, как мы работаем с тобой в одной упряжке. Так же, как и ты, я состою в штате исполнителей Организации. Кстати, мне так же, как и тебе, заказали Питона.
– Но ты же музыкант!
– Это ширма. Теперь ты поняла, что мы просто обязаны быть вместе?
– Максим, я не могу в это поверить.
Ольга подошла к нему вплотную, обняла. Он почувствовал тепло ее дыхания.
– А вот это не сейчас, – он с улыбкой отстранился от нее. – Здесь не место.
– Да, пойдем в машину. Хотя нет…
– Что такое?
Ольга не ответила. Она подошла к трупу Лопуха и обшарила его карманы.
– Есть, – она показала Максиму кусок картона.
На нем карандашом был изображен портрет какого-то человека. Максим сунул его себе в карман.
– Этот портрет мне показывали, когда пытали. Я хоть и смутно, но помню. Какую-то гадость мне вкололи, что-то вроде паркопана, только гораздо сильнее, язык-то и развязался, – уже в машине рассказывала Ольга. – Мягче воска была.
– На портрете твой Наставник?
– Нет, Наставник у меня другой. А этого товарища я видела всего раз. Через него я получила свой первый заказ. Думаю, по рангу он выше Наставника. Наверное, ему хотелось поближе со мной познакомиться.
– Все может быть, – не стал спорить Максим. – Но у меня всегда был один и тот же Наставник.
– Да ну их всех, надоело!
Ольга придвинулась к нему, положила голову ему на плечо и сладко зажмурилась. Максим почувствовал себя самым счастливым человеком на свете.

Майор Пыжов возглавил специальную мобильную группу захвата по личному распоряжению генерала Сорокина. Он и тридцать его бойцов вылетели в Каменьград неделю назад. Там для них было выделено несколько конспиративных квартир, где они и ждали сигнала на захват укрепленного особняка некоего мафиозного авторитета. И дождались. Сигнал пришел из Москвы, лично от генерала Сорокина.
К особняку, похожему на крепость, подобрались ранним утром. Атакой с ходу взять его нелегко. Сильная охрана, автоматы, пулеметы, гранатометы. Но генерал Сорокин не дурак, он не станет рисковать своим элитарным подразделением, безраздельно ему преданным. Он ждал, пока ликвидируют хозяина крепости, и дал команду атаковать, когда это случилось. Расчет строился на том, что без хозяина охрана не рискнет вступить в бой с представителями государственной силовой структуры. Расчет этот полностью оправдался.
Ровно в семь сорок пять утра группа майора Пыжова подъехала к воротам крепости. У бойцов группы был устрашающий вид: все в камуфляже, в бронежилетах, с ног до головы обвешаны оружием, лица скрывают черные шапочки «ночь». На требование открыть ворота был получен вежливый отказ, но уже одно то, что их беспрепятственно подпустили к этим воротам, говорило о многом. Их боялись.
Под ворота немедленно был подложен мощный фугас. Оглушительный взрыв – и путь в замок свободен. При появлении бойцов спецгруппы охранники складывали оружие и демонстрировали полную покорность. Однако не вся охрана была деморализована гибелью хозяина.