Наш мир, как оказалось, не одинок. Другой мир был случайно открыт во время научного эксперимента, но его существование не разглашается учеными и их спонсорами, которые создали тайную организацию — орден. Своей главной целью орден декларирует заселение нового мира и незаметно для окружающих отправляет туда людей, которые здесь, на Старой Земле, посчитали себя лишними.
Авторы: Старицкий Дмитрий
поглажу. Мы тоже можем так же выражаться. Общаясь с Ругиным, еще и не этому обучишься. Вот я ему и ответил на модном Интернетовском олбанском языке падонкаф.
— Когда придет креветко, с ней и будешь вкуривать бамбук, красавчег. А мне не надо тут «мозга конопатить». Я не дочь Рокфеллера. Мне не нужен бизнес-класс, когда эконом достаточно рулиз. Мне нужна рабочая лошадка, а не текинский скакун на конкуре
в Зюзине.
Короткая связь между станцией и ходилками не больше пяти километров. А вот сканирование эфира необходимо как можно далекое и быстрое с возможностью определения азимута и расстояния.
— И все это, якорный аппендицит, за три тыщи? — попробовал торговаться Проф.
— Именно. И завтра. Фирма-изготовитель меня интересует мало, — подтвердил я свои условия, — главное, чтобы работало.
— Ну ты и задачки ставишь, язва-плешь-гнутый-глыч. — Михаил в качестве разнообразия почесал стриженый затылок.
— А кому сейчас легко? — ответил ему. — И вообще, кто из нас профессор?
Новая Земля. Свободная территория под протекторатом Ордена, город Порто-Франко.
22 год, 27 число 5 месяца, суббота, 15:00.
На обед Саркис расстарался и таки сделал холодный литовский борщ, который все уминали за обе щеки. А Саркис ходил довольный между столиков с кастрюлей в руках и всем предлагал добавки. Мало кто отказался.
А Ингеборге так вообще расщедрилась на сладкий поцелуй в благодарность.
Налюбовавшись на девочек и убедившись, что больше никто его целовать не лезет, Саркис подсел ко мне за столик, поставив на его край опустевшую кастрюлю. Сержант в это время куда-то отлучился, и я, покончив с борщом, с аппетитом пожирал жаркое из антилопы в одиночку.
Саркис выступил с неожиданным для меня предложением:
— Ара, я предлагаю вам перебраться в «Арарат», как ты к этому отнесешься? Все равно ко мне всех кушать возишь в обед. А так и завтрак с ужином у меня же будут. И не дороже вашей бигмачной будет, — показал он свою осведомленность в наших делах, — но качеством лучше. И уж точно вкуснее, — смеется.
— Так у тебя же все битком, — возразил ему, прожевав кусок антилопьего мяса.
— Завтра — послезавтра большая команда от меня съезжает с конвоем. Если девочки согласны жить по двое в номере на одной кровати, то семь домиков у меня точно будут свободными.
— Сколько у тебя домик стоит?
— Пятнадцать экю в сутки, — удовлетворил Саркис мое шкурное любопытство.
— Стоит подумать, — не сказал я ни да ни нет. — Предупреди заранее тогда.
— Хоп. — Саркис протянул мне ладонь, предлагая закрепить сделку рукопожатием.
— Нет, Саркис, — не стал я торопиться, — я сначала с девочками переговорю. Вдруг они не согласятся.
Саркис засмеялся звонко и выразительно, словно ему только что рассказали незнакомый анекдот. Потом, вытирая слезы умиления, сказал:
— Правильно тебя твои девочки приколистом обзывают. Они мне уже все уши прожужжали, что неплохо бы им здесь жить, а не рядом с бандитским кварталом. Наверное, ара, один ты этого не знаешь.
Вот так вот. Один я ничего не знаю. И сколько еще такого у них, о чем я не в курсе? Дела…
Однако меня самого, откровенно говоря, привлекла возможность сэкономить по 25 экю с номера. Это в сутки уже полторы сотни набегает в общий кошелек. И территория мотеля у Саркиса охраняется. Да и отвалить незаметно из «Арарата» быстрее получится, чем от Ноя, в случае чего непредвиденного.
— В таком случае считай — договорились, — согласился я с ним, — махни своей чернявой, чтоб пиво принесла — обмыть.
Саркис снова протянул ладонь, и я по ней звонко хлопнул своей. Все, теперь слово сказано.
А вообще сегодня хитом застольных бесед было обсуждение показательного выступления Билла с пистолетом. Сам виновник пересудов от стяжания заслуженных почестей скромно уклонился, сбежав в магазин, но девчонки были в полном восторге. Будто в цирке на выступлении побывали.
Особо впечатленной была Лупу. Она вообще ни о чем больше не могла говорить. Да и то больше междометиями, чем словами.
Даже Борис подавал вполне одобрительные реплики.
— Я, конечно, понимаю, — вдалбливал мне сержант, — что у него «кимбер», да еще тюнингованный. Но поверь, это стоило видеть, особенно когда он в сторону прыгнул и в падении десятку в мишени выбил. Это при его-то весе. Я — в отпаде.
Я слушал, и меня всего жабка целиком съела за то, что на стрельбище не остался. И вообще время на «наганы» тратил,
