Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
врачей.
— Хорошо, — кивнул Кирилл Станиславович… и потянулся, чтобы взять меня за руки. Естественно, я была категорически против, чтобы меня куда-то тащил малознакомый мне мужчина! И предприняла попытку отказаться, попытавшись самостоятельно спустить ноги с дивана:
— Не надо, я сама. Ой…
И тут же едва не согнулась пополам, когда весь живот опоясало болью до головокружения и разноцветных мушек в глазах.
— Что я говорил о доверии? — напомнил о нашем договоре мужчина. И, явно подавив вздох, объяснил спокойно и доходчиво, как маленькому ребенку. — Лиза, не в твоем состоянии геройствовать. Спуск по лестнице сейчас для тебя будет настоящим испытанием.
— Да, Лизок, ты бы не выеживалась, — Катя вставила свои пять копеек. — Это я тебе как медик говорю. Нет, ты, может быть, и доползешь до машины, но лучше тебе от этого не станет. Так что скажи добрым дядям спасибо за помощь и покорно сложи лапки, покуда я добрая. Андестенд?
— Йес, — машинально выдохнула я. И виновато посмотрела на Кирилла, неловко сцепив пальцы. — Извините. Просто я не привыкла и… боюсь.
— Поверь, из всех твоих знакомых, я последний, кто бы хотел причинить тебе вред, — заверил меня мужчина, вставая с дивана. И, протянув руки снова, предупредил. — Придется немного потерпеть.
Потерпеть действительно пришлось, не смотря на то, что Кирилл Станиславович явно пытался делать все как можно аккуратнее и медленней. И все равно, приходилось сжимать зубы, крепко жмурясь, пережидая, когда боль в боку перестанет взрываться разноцветными искрами перед глазами. И, быть может, в другой момент я бы и удивилась тому, насколько легко мужчине удалось меня не только взять на руки, спустить по лестнице, но и усадить на заднее сидение простого черного седана, но сейчас мне было далеко не до этого.
В достаточно глубоком сидении, обтянутым мягким велюром, оказалось достаточно удобно сидеть, однако желание свернуться в клубок так никуда и не делось.
— Чудище голову не открутит? — кивнув в сторону машины, почему-то усмехнулся Араньев, который спускался с нами, помогая придерживать и открывать двери. Катя же осталась дома, ей запретили выходить, чтобы не привлекать к себе внимание.
— Ты просил машину попроще, — отозвался в ответ Кирилл Станиславович, легко и почти беззвучно захлопывая заднюю дверь машины. И тут же открыл переднюю, водительскую. — А что может быть неприметнее Тойоты девяносто второго года? Их не меньше двадцати по городу. К тому же, Рыж на Маврикий с Богданом.
— А, ну теперь понятно, почему ты такой смелый, — негромко рассмеялся Араньев, занимая пассажирское место спереди. — Поехали.
То, что для них означало простое «поехали» для меня прозвучало как «добро пожаловать в ад». Наши дороги, как известно, для простых-то водителей означают не самое лучшее из удовольствий, а для меня же…
О, в тот момент я, кажется, прокляла все на свете!
Нет, я не сыпала проклятиями в прямом смысле этого слова, не ругалась, не ойкала и даже не шипела сквозь зубы. Я только сжалась в комок, крепко зажмурившись, про себя повторяя, как мантру: поскорее бы все это закончилось, поскорее бы все это закончилось…
Дорога, на самом деле занявшая по пустынному, еще не проснувшемуся городу, от силы минут пятнадцать, для меня показалась нескончаемой поездкой по бездорожью в какую-то далекую, далекую деревню…
Но всему рано или поздно приходит конец, в том числе и моим мучениям. Казалось, я не успела даже открыть глаза и вздохнуть с облегчением, как меня уже осторожно вынули из машины и снова понесли на руках, но на этот раз уже в сторону неприметного здания, на котором не было вообще никакой вывески.
И не сразу я сообразила, что заходили мы в частную, насколько я поняла, клинику, с черного входа, предназначенного для персонала и поставщиков медикаментов.
И все-таки это была клиника, с ее чистейшими коридорами, свежим ремонтом и тем самым, характерным, неуловимо знакомым запахом больницы.
— Дмитрий Александрович, — недалеко от входа нас уже ждали. Высокий, жилистый брюнет, довольно молодой, с заспанным лицом, протянул руку одному из мужчин. — Доброе утро. Кирилл Станиславович… Кхм. Неожиданно. Ну и на кой хрен я вам сдался в такую рань? Оп-па…
— Претендуешь на звание мистер красноречие, Кощей, — Араньев усмехнулся, по-дружески треснув молодого человека по плечу. На вид ему было, наверное, около тридцати… Но черные джинсы, футболка с оскалившимся черепом и серьга в ухе, вкупе с тяжелыми ботинками, немного сбивали мою оценку его возраста.
В традиционной больничной обстановке, уставившийся на меня парень выглядел так… нестандартно, что я всерьез начала подозревать, что
