Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
виделись. Поэтому, когда семье Саркаевых пришлось срочно уехать в Штаты на неопределенный срок — какие-то трудности с получением наследства — Стасика оставили именно моей племяннице. Точнее, хотели оставить, но она с мужем уехала в свадебное путешествие. Саркаевы не хотели оставлять ребенка на няню, других родственников у них нет, а я как раз в отпуске… Всё сложилось как-то само собой. Признаться честно, я даже оглянуться не успел, как меня втянули в эту авантюру.
Он всё говорил, говорил, говорил…
А меня, убаюканную тембром его голоса, все больше и больше клонило в сон. Казалось, я уже совершенно не разбирала ничего из сказанного, мысли путались, глаза закрывались…
Проснулась я уже утром. Сама. Яркое солнце било в панорамные окна, вызывая головную боль, но уже какую-то легкую, хотя и слегка нудную. Хотя бы на этот раз виски уже не кололо, не разрывался затылок, а значит, все уже не так плохо.
Да и в общем, я чувствовала себя на удивление сносно, хотя каждое неосторожное и необдуманное движение до сих пор причиняло боль в ребрах. Но организму, в общем-то, было наплевать на все мои неудобства, и мои поползновения по стенке до уборной пришлось исполнять на бис.
Было в это утро и еще несколько хороших новостей, но и плохих тоже. Одним из плохих стало то, что тело под повязкой начало чесаться, ужасно хотелось принять душ. Увы, я понимала, что это вряд ли возможно, и решила ограничиться хотя бы простыми утренними процедурами. И вот тут, к счастью, я обнаружила что-то хорошее, а именно: новую зубную щетку, еще в упаковке, новую расческу и даже флакончик с пенкой для умывания, тоже новую.
Все это лежало на полочке над раковиной, практически не оставляя сомнений в том, для кого все это было предназначено. Кроме того, на стиральной машинке я обнаружила упаковку с новой пижамой, и уж ей-то обрадовалась больше всего!
И тут же немного расстроилась — надевать мягкую ткань на грязное, вспотевшее тело не хотелось. Но и выбора не оставалось. Не могла же я продолжать ходить перед малознакомым мужчиной почти без одежды!
На то, чтобы натянуть просторную пижамную кофту, ушли все силы, я даже не сразу заметила, что она мне точно по размеру.
Я здорово переоценила свое состояние, и из ванной уже почти выползала. Услышав шум со стороны кухни, оценив расстояние до нее, затем до дивана, и выбрала наименьшее из зол, принимаясь так же передвигаться аккуратно по стеночке. До комнаты я бы просто не дошла…
Мое «эпичное» появление на просторной кухне было встречено фанфарами — стеклянной салатницей, грохнувшееся на пол, и не разбившейся только чудом. Похоже, едва переставляющая ноги девушка, бледная как смерть и с подбитым лицом — это не то зрелище, что привык видеть Кирилл Станиславович поутру.
Однако, как оказалось, возмущался мужчина совершенно не по этому поводу:
— Лиза, зачем ты встала?!
— Так получилось, — попыталась я оправдаться, с трудом дыша. Договаривать не пришлось, меня тут же усадили на мягкий диванчик кухонного уголка, не слушая возражений. И только убедившись, что я никуда падать не собираюсь, мой охранник поднял салатник и выключил воду, текущую из крана в раковину, где лежала зелень и овощи. Видимо, ее шум и помешал мужчине расслышать мои помывочные процедуры.
Кажется, Кирилл Станиславович собирался меня отругать за легкомыслие и самонадеянность, но рассмотрев мой жалкий внешний вид, видимо, передумал. Вместо этого он, свободно перемещаясь по кухне, явно чувствуя себя, как дома, налил кружку крепкого, сладкого чая и, поставив ее передо мной, сел напротив, вздохнув:
— Ну и что мне с тобой делать?
— Извините, — еще раз вздохнула я, аккуратно поднося кружку ко рту. К счастью, чай оказался не слишком горячим и удивительно вкусным, и уже через пару глотков мне стало значительно легче.
— Давай договоримся так, — поднявшись, мужчина достал из огромного хромированного холодильника тарелку с бутербродами, поставил ее на стол, пододвинув ко мне поближе, и сел обратно. — Ты больше не будешь сама бегать по квартире, по крайней мере, пока не почувствуешь себя лучше. Если что-нибудь понадобиться — любая мелочь — ты позовешь меня. Любая, Лиза. Хорошо?
— Мне неудобно, — неуверенно повела плечом, но сдалась под внимательным взглядом, жалея, что не могу ссутулиться и уткнуться в кружку носом. Отчего-то стало очень стыдно, как будто маленькую несмышленую девочку отчитывают. — Извините. Я постараюсь больше так не делать.
— Я не ругаю тебя, — мягко заметил мужчина, пододвигая тарелку еще ближе. — Но с твоим сотрясением мозга ты можешь рухнуть на пол в любой момент. За тебя и за твое состояние сейчас отвечаю я, ты же помнишь. Ешь.
— Я не хочу, — отрицательно
