Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
мере, в таких случаях, как у меня или им подобным. — До свидания.
И, едва сдерживая радость, практически выбежала в коридор, наверняка сияя от нетерпения и удовольствия. С одной стороны, казалось бы, чему радоваться? Если я свободна от больничных оков, это совсем не значит, что я освободилась от всего остального, вроде преследования, мести и тому подобного, возможно ожидающего меня со стороны любителей нелегального бизнеса.
Но с другой… окончание больничного, для меня, значило многое. Мне не нужно было больше принимать опостылевшие лекарства, я могла снова ходить самостоятельно, не было никакой нужды в повязке, а значит, не нужно было звать Катю для того, чтобы принять обычный душ! Конечно, всё еще кое-какие ограничения оставались, но на фоне всех предыдущих дней они казались настолько мелочными, что не стоили ровным счетом никакого внимания!
Окрыленная такой новостью, я вылетела в коридор, желая поделиться с Кириллом своей радостью… и замерла, заметив что-то не то. Мужчина, ожидающий меня прямо у двери, сидя на мягких стульях, выглядел странно. Одной рукой он прижимал мобильник к уху, пальцами второй он сжимал переносицу, кусал губы и, кажется, старался не рассмеяться, продолжая при этом внимательно вслушиваться в речь собеседника.
Заметив меня, Громов мельком оглядел пустующий коридор, в котором царила полнейшая тишина и полумрак, он жестом указал на соседнее сидение, прося подождать. И лишь спустя пару секунд, наконец, ответил, с трудом сдерживая смех:
— Хорошо, я тебя понял. Нет, премии не жди. И даже надбавку за вредность. Хорошо, об отгуле я подумаю. До связи.
Сбросив вызов, провернув смартфон между длинными пальцами, Кирилл посмотрел на меня смеющимися глазами:
— Лиза… оказывается, мне стоило начать охранять тебя намного раньше. Как ты жила все это время?
— О чем вы? — не смотря на его хорошее настроение, я заметно насторожилась.
— Ну как же, — усмехнулся мужчина. — Знаешь, мои парни многое повидали за время работы… Но то, что на них будет кидаться старушка… Стало неожиданностью!
— Ой, — испуганно ойкнула я, кажется, начиная понимать, о чем идет речь. — Ваши ребята ко мне домой ездили, да?
— Именно, — подтвердил мои опасения Громов. Я едва не застонала вслух, отчаянно пытаясь не покраснеть. Было стыдно и неловко… Представляю, что с ними там могло случится! — Они действительно поехали в твою квартиру забрать оставшиеся документы. Один из них давно уже распустил слух, что ты съехала в связи с болезнью бабушки, уж прости, пришлось сказать так. Для людей он теперь новый владелец, и, можно сказать, он там примелькался — по крайней мере, его появление уже не вызывало никаких вопросов. И вот, вышли бедные парни сегодня на твой балкон покурить, буквально раза два за время, пока искали документы и вещи, которые ты просила. И они никак не ожидали, что в темноте и тишине раздастся из ниоткуда громкий гневный вопль, цитирую: «Да вы меня достали, я из-за вас уже который час заснуть не могу! Если не заткнетесь, я сейчас, бл@ть, с молотком поднимусь!».
Я не знала, то ли смеяться мне, то ли плакать… а потом, не выдержав, всё-таки расхохоталась, прикрывая пылающие от стыда щеки ладошками.
— Тебе смешно, — укоризненно посмотрел на меня Кирилл, поднимаясь. — А бедные парни, кажется, хором бросили курить. Они ожидали кого угодно… но только не бодрую старушку с молотком.
— Она всё-таки поднялась? — тут я уже испугалась всерьез, поднимаясь следом за мужчиной на ноги.
— Не волнуйся, они отбились, и даже обошлось без жертв, — шагая по длинному коридору, в котором гулко разносилось эхо шагов. В столь поздний час, конечно же, все пациенты частной клиники уже и спали, как и большинство персонала. Бодрствовало только приемное отделение круглосуточного травмпункта, но нам не нужно было даже проходить мимо него — для всё той же конспирации, мы снова прошли через служебный вход, к тому же, в десять вечера.
А сейчас, после длительного приема у врача, так и вовсе, на улице уже стемнело. Вдохнув полной грудью прохладный, невероятно свежий после дождя воздух, я с сожалением забралась на переднее сидение огромного белого внедорожника, принадлежащего, как я поняла, самому Громову.
Никогда не думала, что это такое наслаждение — просто гулять… И насколько отчетливо ты понимаешь это, только когда лишаешься такой, казалось бы, малости.
— Моя соседка странная, — после того, как машина вырулила с парковки на темную, залитую водой улицу, попыталась объяснить я. — У нее есть любимое занятие: как только услышит какой-нибудь слишком громкий звук, тут же начинает лупить по батарее, причем даже не разобравшись, откуда он.
