Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
ЛГБТ или еще хрень какая…
— Я поняла, дядь Лёш, — сдавленно кашлянув, я поспешила распрощаться, в ускоренном темпе нашаривая свои балетки у порога. — Сделаю всё, что могу, до свидания!
И стремглав побежала на улицу, кусая губы, чтобы не расхохотаться в голос. По-моему, этот занимательный со всех сторон дяденька знал о современном мире куда больше, чем я!
Как бы то ни было, полученная информация приятно меня радовала, теперь я хотя бы примерно знала, кто меня окружает. И, все равно, пробегая по саду, машинально замедляла шаг, с опаской оглядываясь по сторонам. Встретиться еще раз с доберманами или их полноценным владельцем не было никакого желания.
К Стасику я успела вовремя. Эта соня в забавной пижаме как раз медленно хлопала длиннющими пушистыми ресницами и забавно потягиваясь без малейшей осмысленности в глазах.
— Встаем, — хихикнув, я потерла ему оголившийся живот, на что мальчишка насупился, и немедленно перевернулся на другой бок, пробормотав:
— Ну, Лиз, ну еще пять минуточек… Пять минут и я встаю!
Этот малыш всегда был сто процентной совой, просыпался о-о-очень долго и тяжело. После сончаса его всегда было очень сложно поднять, но, к счастью, я знала, как это можно сделать без малейших последствий для него и окружающих… Всего лишь откинув одеяло и начать медленно стаскивать за ноги с кровати!
— Нет, ну нет! — хихикая уже в голос, начал отбрыкиваться более или менее проснувшийся Стасик. — Я хочу еще полежать! Еще немножко!
— Ничего не знаю! — непримиримо фыркнув, я продолжила экзекуцию и все-таки стащила ребенка на пол. — Вот так, встали. А теперь, шагом марш на горшок, чистить зубы и умываться!
— Эй, я уже взрослый для горшка! — так по-настоящему возмутился ребетенок, что я расхохоталась. И, взлохматив темноволосую макушку, сцапала его, прижимая навесу к собственному боку:
— Я знаю!
В груди тут же предательски заныло, напоминая о том, что подобные физические нагрузки мне пока еще категорически не рекомендованы, а вместе с этим в кармане джинсов завибрировал выданный Полонским мобильный телефон. Я уже отвыкла от подобных сигналов, а мелодия так и вовсе была отключена, соблюдая правила, установленные в этом доме. У персонала гаджеты всегда должны находиться на беззвучном режиме. К тому же, даже если бы звук был, я бы вряд ли его услышала сквозь заливистый хохот Стасика, весело болтающего ногами в воздухе.
К сожалению, пришлось ставить мальчишку на пол и суровым взглядом и притопыванием ногой направлять его в ванную, попутно доставая телефон из кармана.
Звонивший номер был незнаком, и если я этому и удивилась, то совсем немного. Максим Леонидович выдал мне приличные списки, и я вполне могла пропустить чье-либо имя при внесении всех в телефонную книжку. Поэтому зеленую кнопку я сдвигала на экране без малейшего страха и сомнения:
— Алло?
— Лиза, здравствуй, — послышался в трубке до боли знакомый голос, вызвавший у меня некоторый ступор и дикое биение сердца. — Ты уже проснулась?
— Кирилл, вы? — топнув еще раз и цыкнув на хихикающего, упрямого Стасика, переспросила я, не в силах поверить в услышанное. — Стас! Бегом, пока не покусала! Ты завтракать пойдешь, или пугать людей своим плохим дыханием? Вот то-то и оно! Ой, извини. Я тут…
— Я так и понял, что ты работаешь, — мягко, так, как умеет только он, рассмеялся Кирилл. — Не сомневался, что со вы Стасом быстро скооперируетесь. Надеюсь, он тебе сильных хлопот не доставляет?
— Вовсе нет! — запротестовала я, пытаясь отвечать как можно жизнерадостнее, попутно пихая ногой в бок тихо хихикающего мальчишку, решившего нагло вздремнуть прямо на коврике у ванной. — У нас всё… хорошо. Лучше всех! Настолько хорошо, что даже не надо никого заставлять вставать, чистить зубы и идти завтракать, и даже не надо грозить лишением сладкого. Да-да! Тосты с арахисовым маслом, вы же знаете, что их всегда дают только послушным детям!
— Он как всегда, — понимающе рассмеялся Кирилл, приятно грея мою душу. Помимо этого, ребенок правильно уловил намек и, хоть и с неохотой, но все же гусеничкой пополз по теплому кафелю в сторону раковины, не переставая хихикать. — Только проснулся, и уже мотает клубок нервов?
— Да нет, — отрицательно покачала я головой, легко улыбаясь, наблюдая за тем, как Стас выдавил зубную пасту на электрическую щетку и нехотя принялся за утренние процедуры. — Кирилл Станиславович, а ничего, если я поменяю ему щетку? Говорят, точнее, я читала отзывы некоторых стоматологов, что детям электрические вредны, у них слишком эмаль слабая, тонкая.
— Лиза, я тебя умоляю… Вредно количество сладкого, которое он ест каждый день, в том числе когда никто
