Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
размером груди? Что наше слово против её? Да и потом, как доказать мужчине, ничего не смыслящему в уборке, что требования, предъявляемые его новой пассией, выходит за все рамки разумного?
Полонский, конечно, на влюбленного, слепого дурачка похож был меньше всего. Но и подержит он скорее человека своего круга, недели того, кто ниже его по социальному статусу.
Естественно, у меня был на примете кое-кто, к чьим словам Максим Леонидович точно бы прислушался. Да только разве я имела право жаловаться Кириллу на свою резко усложнившуюся жизнь?
— Ты умеешь утешить, — тихо вздохнула я, допивая остатки уже давно остывшего чая с ромашкой, чей рецепт мне передали не так давно. Кристина с Никитой, хоть и предпочитали как можно реже появляться дома, не желая мешать налаживанию личной жизни Максима Леонидовича, все равно как-то незримо присутствовали рядом. И, возможно, сами того не замечая и не осознавая, пытались облегчить существование всем остальным.
Что же касается самого начальника службы безопасности… Стоит ли бояться того, кто оказался вместе с тобой в изгнании? Даже его собаки спали украдкой в моей комнате, первыми решившись на некое подобие перемирия. А ведь найти к ним подход было сложнее, чем к любому из живущих здесь.
— Я просто озвучиваю факты, — невозмутимо пожал плечами Дмитрий Денисович, как будто речь шла о чем-то незначительном, вроде покупке белого хлеба вместо черного. — У нас осталось не так много времени, прежде чем Полонский окончательно потеряет свою голову, и вместо его полетят наши. Или пока домой не вернется Пеннивайз в кедах.
— Почему Пенивайз? — не сдержав смешка, спросила младшая из дочерей дяди Леши. К слову, это заявление развеселило не только ее — нас всех. Естественно, мы мгновенно поняли, что речь идет о невестке старшего Полонского и жены одного из младших.
Наверное, странно, когда ты в глаза не видела одну рыжую особу, но каким-то чудным образом знаешь о ней почти всё? Странно, да. Но именно так я себя сейчас и чувствовала!
— Потому что способна превратить жизнь кого угодно в самый настоящий кошмар, — послышался вдруг знакомый голос со стороны входной двери, услышав который, мое сердце вдруг сделало в груди невероятный кульбит и судорожно забилось где-то в районе горла. — Надеюсь, я не помешаю вашей полуночной беседе?
Это было странно, невероятно, и совершенно необъяснимо… И вместе с тем, это было правдой.
В дверном проеме, ведущем в маленькую кухоньку скромного и небольшого домика для прислуги, стоял неожиданно вернувшийся раньше срока Кирилл.
Говорят, самый простой способ сделать счастливым человека — это забрать у него что-то, а потом вернуть всё, как было.
Что ж, убедиться в столь простой истине мне пришлось на собственном опыте!
Еще недавно я мечтала только об одном. И это было не бессмертие, вечная любовь, здоровье и даже не деньги, семья или дети. О, нет. Я всего лишь хотела как следует выспаться, а после вернуться к собственной работе, выполнять которую можно будет с удовольствием, без оглядки на белокурого надзирателя с кнутом наперевес. Хоть этот «кнут» и являлся по большей части словесным, лупил он по коже так, что взрывались от боли все нервы разом. Без преувеличения: когда раз за разом тебя опускают ниже плинтуса, мягко и даже ласково, еще до того, как подобное обращение станет привычным, оно раз за разом доставляет ощутимую, почти физическую боль. И тогда ты начинаешь понимать на собственной шкуре, как чувствуют себя рабы на плантациях!
И вот, когда, казалось бы, выхода нет, я снова сплю в уютной, теплой кроватке, меня никто не проверяет и не будет, а мой воспитанник сладко сопит у меня под боком, нарушая при этом весь распорядок дня.
Да и пусть. Стасик тоже заслужил отдых!
И, кстати, не он один. Несмотря на то, что комната, где мы спали сегодня, была той самой, в особняке, а не в домике для прислуги, под моей кроватью снова звучно сопели оба добермана.
Не выдержав, я расплылась в улыбке, откидываясь обратно на подушки. Вот уж действительно, как мало человеку нужно для счастья.
Организм больше отдыхать не хотел. Ужом выскользнув из тесных детский объятий, я направилась в ванную комнату, на ходу разминая затекшее за ночь плечо. Нас никто не будил, не звал завтракать, вообще не беспокоил, и это казалось странным.
Наверное. Я уже слишком привыкла к правилам, установленным леди Арлиц, и до сих пор опасалась, что вчерашнее чудное спасение было всего лишь красивым, несбыточным сном. Но едва только я спустилась вниз, как мне представился шанс на себе убедиться в обратном.
В доме больше не царила суета. Да, вокруг
