Есть люди, для которых на первом месте карьера. Есть те, кто любит деньги и не хочет работать. Есть те, у кого денег куры не клюют, и они думают, что могут купить всех и вся… А есть я, Елизавета, обычный воспитатель в не совсем обычном детском саду. У меня имеется любимая работа, маленькая уютная квартирка, мечты о скромном семейном счастье и вера в лучшее. Вот только… Один поход в клуб, и я оказалась в компании загадочного мужчины, в чужом доме и на должности няни для шустрого мальчишки. И я даже так сразу не могу сказать, за кем именно в этом странном месте мне действительно придется присматривать! P.S: да, это история бомжика.
Авторы: Кувайкова Анна Александровна
разве нет? О чем-то таком же… приятном, как о свадьбе. Помнишь?
— Ах, да, конечно, — Полонский, все это время наблюдавший за нашим коротким разговором внимательно и с многозначительной улыбкой, больше похожей на одобрительную усмешку добродушной кобры, вроде как на самом деле о чем-то вспомнил. — Помню.
— Идем, — улыбнувшись уже вполне прилично, блондинка утянула его за собой вниз по лестнице, на ходу поправляя крупные светлые локоны.
— Ты не хочешь мне ничего рассказать? — вкрадчиво так, заботливо и ласково поинтересовался Кирилл, как только парочка шагнула вне зоны слышимости.
— Ну… меня уволили? — пожала я плечами, тоже улыбаясь, но не столь самодовольно. Для этого нужен опыт, туфли с красной подошвой, горы любовников в прошлом, самомнение опять же…Я так просто не умею! — Перед тем, как заперли в детской вместе со Стасом. И Аней.
— Н-да, — покачал головой мужчина, когда понял, что я его не обманываю. Мне даже не пришлось ничего ему доказывать и уверять в своей правоте: во-первых, я никогда не умела толком врать. Во-вторых, у меня на лице все написано крупными буквами и с расшифровкой толкового словаря. В-третьих, даже по поведению видно, кто из нас с Арлиц виноват на самом деле…
Ну, а в-четвертых, вы попробуйте соврать, глядя в глаза Кириллу Громову — уверяю, у вас просто язык не повернется это сделать!
— Я могу хоть на минуту оставить тебя одну? Чтобы ты не попала в неприятности? — неожиданно обняв меня со спины, просто поинтересовался Кирилл, пристраивая подбородок на моем плече. Так невозмутимо и привычно, словно он проворачивал такой маневр ни один десяток раз.
Метрах в двух от нас встал Максим Леонидович, люди в гостиной, конечно же, стали обращать на него внимание, ожидая новой речи… И, естественно, многие из них заметили нас, некоторые стали даже удивленно переглядываться и обмениваться короткими репликами. Громова знали все и, естественно, вопрос «кто она» буквально повис в воздухе.
Вот только почему мне вдруг стало так на это наплевать? В руках Кирилла было так хорошо и спокойно…
— Говорят, в Китае есть такая традиция, — едва повернув голову, негромко ответила, улыбаясь и уже сама не замечая этого. Глядя на него всегда хотелось улыбаться. — Если спас человека, то обязан заботиться о нем до конца дней своих.
— Я слышал о такой традиции, — якобы задумчиво отозвался мужчина. Его длинные пальцы медленно поглаживали мою талию, а кожу на шее согревал жар его дыхания, вызывая невольную дрожь по позвоночнику. А бархатный голос, как всегда, пробирал до гостей. — Пожалуй… я уже всерьез готов принят конфуцианство.
— Не смешно, — тихо фыркнув, я попыталась пихнуть его локтем в живот, что было сделать очень и очень сложно, учитывая повышенное внимание со стороны. — Такими вещами не шутят.
— А кто сказал, что я шучу, Лиза?
Я от такого заявления аж воздухом при вдохе подавилась. Совсем сошел с ума, да?!
— Дамы и господа! — мои возмущения перебил довольный голос старшего Полонского. Я невольно отвлеклась и заслушалась — этот человек умел легко и играючи привлечь к себе внимание, и так же легко мог его удерживать. — Я рад, что вы оценили мой сюрприз по достоинству. Но имейте совесть, оставьте детей в покое. Тем более, когда у меня припасена еще одна, не менее приятная новость. Все знают моего второго сына, Никиту… И я рад сегодня представить вам его законную супругу — Кристину Полонскую!
Гости, удивленно переглянувшись, разразились аплодисментами!
Никита, стоящий в другом конце гостиной, привычно усмехаясь, отсалютовал отцу бокалом. Кристина, сегодня красивая больше чем обычно в своем бледно-лимонном коротком платье с бахромой, только фыркнула и очаровательно улыбнулась в ответ на повышенное внимание людей.
И тут я поняла окончательно — они тоже обо всем знали заранее!
— А, ну и еще одно, последнее на этот раз объявление, — наконец-то заметив блондинку, с трудом пришедшую в себя от очередного облома, добавил (или добил?) старший Полонский. Люди снова устремили на него взгляды, а мгновенно перестала улыбаться. Неужели все-таки скажет? — Все вы знаете мою старинную подругу Алену Арлиц. И сегодня я бы хотел…
Нет… нет, нет, нет!
— Поблагодарить ее за помощь в организации сегодняшнего вечера. То, что вы видите вокруг, ее заслуга. Браво!
Гости снова принялись проверять ладони на прочность, я выдохнула… А Максим Леонидович, скупо поцеловав ручку белокурого суслика, застывшего с ним рядом каменным изваянием, невозмутимо отправился вниз, поприветствовать кого-то из только что пришедших гостей.
— Это был самый лучший балет в моей жизни, — тихо помирая от смеха, призналась я, разворачиваясь
