Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Авторы: Бурсевич Маргарита
поражения. Оборотень сглотнул и заменил историю одним словом:
— Пещеры.
— Охрана? — Проскрежетал я.
— Трое. Не местные. Еще двое чужаков ошиваются в деревне.
Пятеро? Всего? Не может быть. Мы переглянулись с Гаем, и в его глазах я прочел то же сомнение.
— Как минимум семеро местных довольно тесно с ними общаются, — дополнил отчет Вили.
Даже если и так, все равно что-то здесь не так. Знать бы, что? Да и местных, замешанных в этом деле гораздо больше, раз уж староста всем заправляет. Да и большой вопрос — что пообещали самому старосте, раз он так старается? Одной ненависти маловато, чтобы ставить под удар все, что имеешь.
— С тех, что в деревне, глаз не спускать, докладывать о каждом шаге. Когда появятся церковники, бдительность удвоить. Я хочу, чтобы вы стали их тенью.
— Слушаюсь, милорд.
— Пещеры нужно взять под свой контроль уже сегодня.
Оборотень еще раз кивнул и растворился в лесу, как будто его и не было.
— Ты уж договорись со своим волком, — посоветовал Гай.
— Справимся, как-никак мы заодно.
— Вы всегда заодно, вот только разными путями идете, — хмыкнул седой.
Я лишь кивнул. Да и что тут скажешь? Как всегда, верное замечание, вот только сейчас другой случай. Слишком многое поставлено на карту.
— Удачи!
— Удачи!
Мы пожали друг другу руки и разошлись в разные стороны. Гаю предстоит заняться пещерами и слежкой, а мне сделать большой круг, вернуться в деревню по главной дороге и встретить инквизицию. Вот только, как бы сдержаться и не разодрать пару глоток?
Будем следовать плану. Выслушать отчет дозорных в деревне и обязательно узнать мнение местного священника. Ненавижу церковников, но этот человек невольно вызвал расположение и уважение. Мудрый, к сожалению, видавший жизнь во всех ее грязных подробностях. Не стоит его после всего этого оставлять в деревне, ни жители, ни церковь ему такого не простят. Нужно будет забрать его в замковую часовню, на место того высокомерного сухаря, который проводил мой брачный обряд.
Последняя мысль растеклась теплом по венам. Покой, довольство и тихое счастье сняли злость и напряжение. Вот он, мой собственный рецепт усмирения нрава и зверя — моя Рома. Стоит лишь подумать о ней и все становится простым и ясным.
Рука сама потянулась к груди, туда, где на сердце покоился медальон. Кусок металла, ценность которого не может быть ниже цены самой жизни.
Случается так, что погода, словно чувствуя неприятности, начинает хмуриться и небо блекнет. Но сегодня день выдался на удивление ясным. И наш маленький отряд, пробираясь по собственным следам назад к главной дороге, щурился от яркого солнца. Чистейший белый снег слепил глаза и предательски хрустел под ногами. Казалось, что на обратный путь мы затратили больше времени, чем когда прокладывали тропу по нетронутым сугробам. Забрав лошадей и оглядевшись на случай нежелательных свидетелей, стряхнули снег с одежды и вновь отправились к деревне, уже не таясь.
Нас, как и прежде, встретили пустые улицы и редкие взгляды из слегка приоткрытых дверей и зашторенных окон. Лишь дворовые псы, подчиняясь долгу, выглядывали из дворов и провожали громким лаем, не забывая поджимать хвосты, чувствуя более сильного хищников.
Стоит ли навестить старосту? Разве не должен он встретить господина? Хотя, зачем мне сейчас эта волокита? Он выползет из своей норы, как только явятся стервятники.
Оставленные в деревне дозорные присоединились к нашей маленькой кавалькаде, когда мы проехали половину деревни. И пристроились рядом со мной.
— Жители ведут себя тихо, я бы даже сказал слишком, — начал один из них. — После вашего визита возобновились сплетни о кислом молоке и черных кошках.
— И много здесь таких? — поинтересовался я из-за внезапно проснувшегося любопытства.
Мой собеседник хмыкнул в кулак:
— За все время, что мы здесь, ни одной не видел. Таких в домах не держат — плохая примета.
— Интересно… — протянул я.
Завести, что ли, в замке парочку?
— Милорд?
Но ответа от меня они так и не дождались, так как мысль начала работать, и отвлекаться я себе не позволил. Приметы, значит? Ну-ну, посмотрим.
— Мне важно знать, кто-то из замковых слуг или людей, из прилегающей деревни, не появлялся?
— Нет.
— Уверены?
— Конечно. За этим строго следили, как и было велено.
Хорошо? Плохо? Не знаю. Все еще надеюсь, что все это одна большая ошибка. Но глупо обманывать себя. И кем бы ни оказался их пронырливый информатор, в любом случае, мне это знание причинит боль. И неудивительно,
