Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Авторы: Бурсевич Маргарита
стена, осунувшиеся щеки, затуманенные дикой усталостью глаза.
— Грей! — начал было он.
— Лучше молчи, Локи, — зарычал я, борясь с желанием оторвать несколько бестолковых голов.
Зажмурившись и тяжело выдохнув, я отправился в замок.
— Ты уже знаешь… — донеслось мне в спину.
Люди и оборотни расступались, виновато склоняясь и боясь поднять на меня глаза. Один-единственный предатель и целый замок народа. Как же могло случиться так, что Ли Бею удалось тайком умыкнуть Ромашку? Она же ни монета, ни книга, ни сундук, в конце концов. Куда смотрели стражники?
Разочарование и обвинение расходилось от меня волнами, и каждый в замке видел и чувствовал это.
В коридоре я остановился у своей двери и замер, не имея сил зайти внутрь и не застать там Рому. Я точно знал, что ее там нет, но знать и видеть разные вещи. Как будто до последнего надеялся на то, что все это всего лишь сон. Кошмар, который развеется с рассветом.
Я стоял, глядя на дверь, но прекрасно чувствовал за своей спиной Гая и Локи.
— Как? Локи, скажи мне, как медлительный старик смог увести из замка женщину? — я почти орал, и вытянувшиеся клыки красноречиво говорили о степени моей злобы.
— У него были многие годы, чтобы подготовиться, — в голосе Локи не было оправдания, скорее безнадежная констатация факта. — Мы не сразу разобрались в том, кто увел Рому. Ни единого следа в замке. Лишь найдя место, где они прошли, можно было организовать преследование…
— До монастыря, — закончил я за него, уперевшись в дверь руками.
Локи промолчал.
— Я уже все знаю.
— Откуда? Мы далеко не первый час носом землю роем, но я так и не нашел способ…
— Смотреть надо выше, — вновь перебил я его.
— Что? — растерялся Локи.
— Почтовые голуби, — хрипло пояснил Гай.
Потрясенное молчание было мне ответом.
— Они следили за нами многие годы и ждали своего шанса. Они прощупывали и искали бреши в моей обороне… и нашли.
— Я полагаю, что Рома пошла сама, — тихо сказал Локи.
— Что? — резко развернувшись, я вцепился ему в грудки. — Что ты сказал?
— Она пошла сама, — удушливо повторил Локи. — И у нее была причина на это.
С трудом разжал пальцы и потер лицо.
— Рассказывай.
— В ту ночь убили пленника и мы, надеясь поймать предателя, по горячим следам бросились осматривать окрестности.
— А охрана замка?
— Оставалась на постах, а здесь я поставил отдельный караул для Ромашки и Богдана. Но закончить осмотр нам не дали, на главные ворота было совершено нападение извне довольно большим обученным отрядом.
— Потери?
— Двое стражников… в этом коридоре.
Я недоуменно нахмурился.
— Хочешь сказать, что старик справился с двумя оборотнями-воинами?
— Да, — поморщившись, ответил Локи. — Они не ожидали от него подвоха. Да и кто заподозрил бы опасность в лице старика лекаря. Мы нашли следы яда на их одежде и руках. Они даже не успели поднять тревогу, до того как умерли.
— Дальше.
— Я подозреваю, что его целью был Богдан. С ним легче уйти, да и торговаться за него ты будешь не меньше, чем за жену. Но, видимо, Рома оказалась не в том месте и не в то время.
— Или там, где и должна была, — пробормотал Гай.
— Мальчик был чем-то опоен и проспал много часов.
— Она обменяла его на себя, — понимающе закончил я за него.
— Да.
— Как ушли из замка?
— Через восточную стену.
Вот тут я насторожился.
— Там нет спуска.
— Нет, — глухо сказал Локи. — Им пришлось прыгать. Судя по следам, их ждали и страховали.
— Какая разница, как это было, — заворчал Гай. — Важнее, что делать дальше?
— Спускайся вниз и распорядись, чтобы приготовили письменные принадлежности, — обратился я к Гаю, затем перевел взгляд на Локи. — Приготовь гонцов, самых быстрых.
Не дожидаясь ответа, я все же толкнул дверь и вошел в комнату.
Здесь оказалось пусто. Невероятно пусто, до холодного озноба. Было ощущение, что вместе с Ромой это место покинул свет и воздух. Меня душили каменные стены, которые не отражали ее голос. Мне было холодно и темно без ее света. Мне было одиноко и плохо. Неужели когда-то, еще до появления Ромашки, я существовал в этой комнате и не замечал этого?
И лишь некоторые мелочи говорили о том, что мое счастье не было сном. Шпильки на столе, корзина для шитья, открытый сундук с платьями и легкий запах, присущий только Роме.
И только одна вещь мне была незнакома — меховой плащ, лежащий на кровати. Он так сильно пропах ее ароматом, что не было сомнений, чьи руки создали его. Я провел пальцами по ровному шву.
— Ромочка, потерпи, я скоро, — пообещал я бесшумно.
Из собственных
