Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Авторы: Бурсевич Маргарита
за своей спиной дверь, я облегченно вздохнула и забралась в постель.
Минуты шли медленно, сна не было ни в одном глазу, сердце стучало ровно и размеренно. Вдох, выдох. Вдох, выдох.
Я даже не услышала шаги, ни единого шороха, ни колыхания воздуха. Просто в один момент дверь бесшумно открылась, но из-за темноты в комнате и коридоре увидеть пришедшего было невозможно. Я замерла и дыхание прервалось.
— Кто здесь? — шепнула я, хоть и не услышала собственного голоса.
Сжав руками простынь, подняла ее выше, пытаясь спрятаться за ней, понимая, что это не защита. Первым порывом было позвать Гая, но выдавить из себя ни звука не могла.
— Пап, — бесшумно крикнула я.
В следующую секунду в тусклый лунный свет шагнул Грей Вульф. Успокоиться или бояться больше? Решить эту дилемму я не успела, потому как он так же плавно, как и зашел, закрыл дверь. Он медленно двигался в моем направлении, и только блеск волчьих глаз не давал сорваться с места и кинуться к двери.
— Милорд?
Хотелось услышать хоть слово, чтобы так сильно не бояться. Почему-то была уверенность, что он меня не обидит, но тишина сводила с ума. Он остановился у края кровати и склонил голову, шумно принюхиваясь.
— Грей, — сделала я еще одну безрезультатную попытку.
В ответ лишь невнятное рычание. Он опустил руки на простыню и приблизился ближе. Торчащие клыки и удлиненные когти сразу рассказали, что сейчас я имею дело не с Вульфом, а с его волком. Стало страшно, по-настоящему страшно, ведь я не знаю, как они себя ведут, а о том, что волк, взявший верх, страшен в своих порывах, люди шептались веками.
Он, передвигая руками, перебрался на кровать и уже упирался в край коленями. При его высоком росте этого расстояния хватило, чтобы его лицо оказалось у самых моих ног. О том, чтобы пнуть в испуге, мысли даже не возникло. Злить его было страшно, и я просто наблюдала за тем, что будет дальше.
Я бы так и тряслась как кролик, но он вдруг стал странно приятно ворчать, и это мне напомнило о том, как черный волк на поляне мурлыкал. Понимание того, что он настроен отнюдь не агрессивно, успокоило достаточно, чтобы перестать судорожно сдерживать вздохи.
И если бояться я перестала, то волноваться только начала. Грей Вульф принялся стягивать с себя камзол и, легко отстегнув перевязь с мечом, отбросил все в сторону, как будто все происходящее нормально и привычно. Пожалуй, рано я расслабилась.
Грей уже закончил с сапогами и рубахой, когда я стала беспокоиться не на шутку. Что, черт возьми, происходит? Медленно отползая, я тащила за собой скудную защиту в виде тонкой простыни. Он заметил мои передвижения и, аккуратно взявшись за ногу, чтобы не оцарапать когтями, резко дернул на себя. При его силе сдвинуть меня одной рукой к себе оказалось проще простого. Все мои попытки сбежать закончились тем, что я оказалась лежащей практически под ним с задранным до колен подолом.
Коротко пискнув, я сжалась в комочек, насколько позволяло свободное место рядом с ним, и зажмурилась. Но он меня больше не трогал, и я в итоге приоткрыла один глаз, чтобы увидеть как он, нависнув надо мной, с опущенными веками принюхивается к воздуху.
И все бы ничего, и я смогла сделать вид, что его здесь нет, но это сложно, когда тяжелая мужская рука прижимает тебя к кровати. Обездвижив меня, он наклонился к ноге и прижался к ней носом. Странное чувство, холодный кончик носа и горячее дыхание на коже, заставляло кожу покрываться мурашками, а меня дышать через раз. Медленно он стал подниматься выше, по-прежнему не отрывая лица от моих ног. Щекой потеревшись о колено, он ласково прикоснулся губами к нему и оставил обжигающий след. Пальцы на ногах сами собой поджались, и стало излишне жарко. Но когда нос лорда Вульфа уперся в край подола, который был натянут над коленями, и стал сдвигать ткань выше, я напряглась. Вцепившись пальцами в простыню, я натянула ее плотнее, чтобы юбку нельзя было задрать, и замерла, ожидая его реакции. Волк заворчал, но злости не выказал, лишь как-то разочарованно фыркнул. А потом переключился на руки, которые лежали поверх всего этого нагромождения ткани, и неожиданно для меня лизнул их. Горячий влажный язык прошелся по каждому пальцу, щекоча и волнуя. Отвоевав один из пальцев, он втянул его в рот и слегка погрыз, вызывая у меня невольный нервный смешок.
Попробовав на вкус мою кожу, он двинулся выше к плоскому животу, к которому прижался лицом. Согрев его своим дыханием, поднял мою руку и положил ее себе на голову, без слов прося приласкать его. Пальцы утонули в густых прохладных волосах, и я, перестав беспокоиться о том, что не могу остановить, принялась их теребить. Волк тихо счастливо поскуливал, пока я сама с удовольствием увлекалась процессом.
