Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Авторы: Бурсевич Маргарита
Стало совсем не до смеха, когда он добрался до моей шеи и уткнулся в нее лицом, вынюхивая и вылизывая. Было то жарко, то холодно и так волнительно — приятно, что остановить его не было сил. И даже когда он сгреб меня в свои объятия, я, согретая его теплом и лаской, наслаждалась моментом, не думая ни о чем. Как я буду смотреть ему завтра в глаза? Как потом вести себя с ним? А может, делать вид, что ничего не случилось? Какая разница! Сейчас было невероятно приятно и так правильно, что, перестав сомневаться, я вернула ему объятия. Когда мои руки опустились на его обнаженные плечи, погладили в ответ на движение языком, он одобрительно заурчал, добавляя приятных ощущений. Горячая, гладкая кожа под моими пальцами, сильные мускулы, перекатывающиеся под кожей, тяжелое дыхание, терпкий мужской запах. Человек-волк, грозный лорд, мой ночной гость. Удивительное спокойствие охватило меня. Почему я не сопротивляюсь? Почему не зову на помощь? Почему он здесь? Это неважно.
Спустя какое-то время он спустился назад к животу и, взяв мою талию в кольцо рук, устроился у меня под боком. А я продолжала гладить его плечи, пока приятная нега не сморила меня. И засыпая, я чувствовала на себе его крепкие руки, горячее дыхание и покой, будучи под защитой такого грозного и такого нежного зверя.
Завтра мы столкнемся с реальностью, и возможно, мне будет стыдно за себя, но отказаться от этих минут я не могу, и открещиваться от них не буду.
Когда морок сна стал медленно отступать, я прощалась с ним легко. Мне снилось что-то очень приятное, хоть и не могла вспомнить, что именно. И это чувство неги и сладкой истомы растекалось по телу, согревая, я бы даже сказала горяча. Хотя, если подумать лучше, то было даже излишне жарко. Странно, ведь осень всегда приносит прохладу, которая бодрит. Подозрение о том, что что-то не так, вырвало меня из дремы быстрее, чем любой морозец.
Ой! Ничего, оказывается, мне не приснилось, и тепло, которое меня окутывало, не что иное, как огромный оборотень, согревающий меня своим телом.
Лорд Грей Вульф, по-прежнему крепко обнимая меня, лежал поверх покрывала, и его, похоже, нисколько не беспокоила низкая температура в комнате. Широкие загорелые плечи, рельеф мощных рук, по-мужски тонкая талия и крепкие бедра, одно из которых зажимало мои ноги. Я целиком была в плену его тела и не могла сдвинуться, и потому просто смотрела на него и наслаждалась видом красивого мужчины.
То, что он пришел под влиянием своего волка, ясно как день, вот только непонятно, как он сам на это отреагирует. И, собственно, как реагировать должна я? Совсем не хочется выглядеть легкомысленной в его глазах, но сама себе-то я могу признаться, что мне понравилось. Только тот факт, что волк излишне своеволен, немного беспокоил. Ведь Гай объяснял, что две личины имеют разные взгляды на вещи и сходятся во мнении они крайне редко.
Может, стоит его растолкать, чтобы он ушел? Или подождать, когда он сам проснется, а то мало ли что? Пока гоняла мысли в голове, сама бездумно водила пальцами по теплой коже его сильного плеча. И только когда его рука непроизвольно дернулась, поняла, что нас здесь уже двое, а то и трое. Он сначала сжал руки еще крепче, потом ослабил захват и пустил свои ладони в вольное путешествие по моему телу. От такой наглости я даже опешила, потому как накануне вечером он вел себя куда скромнее. А сейчас же его пальцы бродили везде, куда только могли дотянуться. Но когда его рука нырнула под рубаху и, забравшись гораздо выше любых вольностей, замерла на ягодицах, я судорожно втянула в себя воздух и сжала его плечи пальцами так сильно, как смогла. Он остановился, а потом, подняв лицо с моей шеи, где оно было все это время пристроено, мутным взглядом посмотрел в мои глаза. В самую душу, так пристально, что я забыла, как дышать. Секунды сменялись минутами, а мы так и застыли. Но когда он стал склоняться к моему лицу, я резко моргнула, разгоняя наваждение. Паника в моих глазах, видимо, привела его в чувство. Я четко видела тот момент, когда в нем родилось осознанием реальности. Он бегло пробежался взглядом по мне и, вернувшись к лицу, спросил:
— Что ты тут делаешь?
Это он у меня спрашивает? Стало дико неловко, и вдруг решив, что это я чего-то не понимаю, пробежалась глазами по комнате. Нет, все верно, это определенно моя спальня. Лорд Вульф, проследив за взглядом, повторил мой маневр и, кажется, слегка покраснел.
— Э-э-э, — вот впервые вижу его таким неуверенным.
— Милорд, вы не могли бы убрать руку? — краснея, попросила я о самом насущном.
Он непонимающе нахмурился, а потом, шевельнув пальцами, в надежде определить нахождение упомянутых частей тела, резко
