Оборотни — сильные и смелые, но в то же время чуткие и ранимые… Они преданы своей семье и любимым, но беспощадны к врагам. Какая доля ожидает юную травницу, что принесла им дурную весть? А вдруг это — судьба, что так причудливо переплетает наши жизни? А вдруг это — любовь, что выдержит все испытания и препоны врагов? И разве различие культур и взглядов может встать на пути у настоящих чувств?
Авторы: Бурсевич Маргарита
спросил Локи, облокотившись спиной о каменную стену и сложив руки перед собой.
— Скажу. Обязательно скажу, и тебе в том числе, — накрыв мою руку своей ладонью, Гай ее погладил успокаивающе.
Локи, оттолкнувшись от стены, сделал шаг в нашу сторону и чуть ли во весь голос, крикнул:
— Я не отступлю.
— Локи ты уже проиграл. И итог от тебя не зависел с самого начала.
— Гай, — глаза Локи напоминали взгляд побитой собаки, — Я не могу отступить и буду рядом, пока есть хоть один шанс.
— Мы оба знаем, что его нет, — Отец уже не злился.
— Не хочу в это верить, — напоследок отрезал Локи и, пройдя мимо нас, ушел.
Я тяжело сглотнула, боясь поднимать глаза.
— На пару слов, — Гай взял меня за руку и завел в комнату.
Я, неловко потоптавшись у порога, прошла и села на смятые простыни.
— Я…
— Грей тебя обидел?
Я удивилась вопросу, он же сам говорил, что волки очень трепетно относятся к женщинам, и никто и никогда не посмеет оскорбить ни одну из них ни словом, ни делом. Недоумение, написанное на моем лице большими буквами, было считано Гаем сразу.
— Нет, я не думаю, что он мог сделать что-то плохое специально, но его волк слишком своенравный.
— Его волк вчера пришел, чтобы выспаться, — нервно хихикнула я.
У Гая вытянулось лицо.
— Не понял.
— Ну, понимаешь, пришел, улегся и уснул, — посвящать отца в ненужные ему подробности не стала.
— А Грей что? — уловил суть проблему Гай.
— Проснувшись утром, очень удивился.
Седой оборотень разразился громогласным смехом. А я сидела и радовалась, пусть лучше смеется, чем злится. Все еще насмешливо скалясь, он присел рядом и, положив руку на плечо, спросил:
— Не испугалась?
— Немного, — призналась я.
Врать ему совершенно не хотелось, а сказать, что я совсем не испытала страха при появлении волка лорда Вульфа, было бы ложью.
— Больше не бойся, теперь он уже не сможет отрицать очевидное.
— Что?
— А то, что его волк, похоже, определился с выбором. Он никогда не сможет сделать тебе плохо или больно. Но я хочу, чтобы ты знала: заставить тебя он тоже не имеет права, и если ты решишь ему отказать, ты всегда можешь это сделать. А я буду на твоей стороне, и ему сначала придется переступить через мой труп, прежде чем добраться до тебя в случае твоего нежелания.
— Я его совсем не знаю.
Обняв отца, я вжалась лицом в его широкую теплую грудь. Я еще не знала, как ко всему этому относиться. Грей Вульф мне нравился. Но готова ли я к тому, о чем говорит Гай?
— Тебе необязательно принимать решение сейчас, — Гай, как всегда, очень тонко прочувствовал мое состояние. — У тебя все время мира, я сам за этим прослежу.
И он следил, как и обещал. Вот только он не мог быть рядом каждую минуту…
Покой. Как давно я не ощущал такого спокойствия и довольства. Рай. Мне снилось, что так давно желанные глаза уже мои. Мне снилось, что мне удалось дотянуться до мечты и завладеть ею. Мне снилось, что все желаемое у меня в руках. Под пальцами нежный теплый шелк, под щекой мягкость, и вокруг запах эдема. Выныривать из этого блаженства не хотелось, и даже подсказывающая мне интуиция, что все не так просто, не сильно старалась привести меня в чувство.
Хотелось сполна насладиться моментом и, позволив себе это, не сразу понял, что реальность уже вторглась в мои владения и все же придется считаться с ней.
Ромашка. Конечно, Ромашка, кто же еще может подарить нам с волком такое единство и покой. Как можно было не замечать всех тех тревожных колокольчиков? Как можно было сразу не понять, что мир изменил свои законы ради того, чтобы она оказалась в моих руках? Вопреки всему Рома незаметно прокралась под кожу и проникла в кровь. Она стала частью меня еще до того, как понимание этого настигло мое сознание. Как бы волк не старался приберечь для себя удовольствие единолично владеть этим знанием, появление ее в моей жизни было неизбежно.
А сейчас я имел неожиданно подаренную зверем возможность приблизиться к желанному чуду. Все случилось немного неловко, но оттого не менее волнительно. Маленькая, тоненькая, хрупкая, но такая гладкая, бархатистая, мягкая и такая желанная. Не смог отказать себе в удовольствии потереться о ее кожу, чтобы ее аромат как можно дольше оставался со мной.
Волк дернулся и зарычал раньше, чем я расслышал и учуял приближение другого зверя. Слишком близко он находится от Ромашки и слишком настойчиво ведет себя в отношении моей женщины. Разумом я понимал, что он не виноват в своих чувствах, но ни один из нас не позволит отнять Рому: ни я, ни волк. Нам с Локи придется это решить сейчас, пока
