Лорд драконьих гор

Звук удара отдался эхом.

— Тебе придется пойти со мной, — сказал Ник.
Он подошел и стоял совсем рядом, такой огромный в своем спецкостюме.
— У меня нет выбора? — спросила я.
Он вздохнул, нахмурившись, костюм зашелестел на нем.
— Выбор есть всегда. Но сейчас, думаю, это действительно лучшее решение.
Может и лучшее, но ему самому явно не нравилось.
— А если я откажусь?
— Боюсь, что я сейчас не смогу отпустить тебя, — он едва не впервые смотрел мне прямо в глаза, не пытаясь отвернуться, и это действовало куда сильнее слов. — Сердце каким-то образом тебя зацепило, и все равно будет тянуть. Если ты уедешь, буря поднимется еще больше. Да, пострадают люди. И их жизни для меня важнее твоей.
Алекс за его спиной насмешливо фыркнул.
— Ты бы не забывал об этом. А то пытаешься казаться хорошим, а люди страдают. Твои люди, между прочим.
Ник поджал губы.
— Женя, — Алекс подошел ближе. — Послушай меня. Да, это не твоя война, но ты единственная, кто может помочь. Я выбрал и привел тебя сюда, потому что в тебе есть сила, как ни в ком другом. Никто не справится так, как можешь справиться ты. Ник прав, быть избранным — это проклятье, это тяжелая ноша, от которой никуда не деться. Это ответственность, о которой никто не просил. Работа, которую никто за тебя не сделает. Да, это несправедливо по отношению к тебе. Но это важно по отношению к тысячам людей, живущим на этой земле. Им не на кого больше надеяться. И помогая им, помогая всем нам, ты можешь получить много больше, чем…
— Хватит, — прервал Ник. — Женя, идем.
Это не моя война, но отказаться нельзя. Даже не убежать… Нужно успокоиться. Честно говоря, от нервов все сжималось в животе.
— Мне тоже надеть защитный костюм? — спросила я.
Ник чуть смутился.
— А, нет, сейчас…
Он расстегнул, принялся стаскивать с себя, торопясь, прыгая на одной ноге. Потом сунул Алексу.
— Подержи. Женя, идем.
— За руку ее возьми, балбес, — усмехнулся Алекс нам в спину.

Мы спускались и спускались по каким-то темным узким ходам. Света здесь не было, Ник светил под ноги маленьким фонариком, что был у него в кармане. Для меня. Сам он, насколько я поняла, прекрасно видел в темноте.
И все же, я поскользнулась и чуть не полетела по лестнице вниз, но Ник успел подхватить под руку. А потом я сама вцепилась в него мертвой хваткой. Пусть он бурчит что-то, пусть недоволен… и вообще неприлично вот так цепляться… но сейчас, после всего пережитого за день, мне было плевать. Пусть лучше он будет недоволен, чем я сверну себе шею. Это прикосновение успокаивало. И даже его, я чувствовала, как мышцы на руке, в которую я вцепилась, постепенно расслабляются.
Впрочем, он сам держал меня надежно и крепко, так что больше не упасть.
Мне казалось, мы сейчас спустимся к центру земли, даже ноги болеть начали. А ведь потом еще лезть наверх? Или Ник просто скормит меня этому сердцу, и дело с концом? Я сейчас была готова поверить во что угодно.
А потом вдруг темнота закончилась, и перед нами открылась гигантская пещера. Мы вынырнули сбоку, под самыми сводами, и еще немного спустились вниз. Вот тут я вцепилась в Ника с новой силой, потому что узкая каменная лесенка, и никаких перил, а до пола падать — высоко.
И свет… Такой приглушенный, колеблющийся, неуверенный, голубовато-фиолетовый свет.
Я даже не сразу поняла откуда он, и только потом увидела, как светится вода. Подземное озеро. Чуть в стороне от берега небольшой островок, и там тоже что-то сияет. Кристалл… полупрозрачный округлый камень, крупный, едва не в человеческий рост… и словно что-то бьется внутри.
— Сердце? — шепотом спросила я.
— Да.
— Нам нужно к нему?
— Да, нужно. Не торопись.
Мы спустились. Берег у озера был покрыт крупным темным песком. И волны. Легкие волны в такт ударам сердца.
— Здесь неглубоко, — сказал Ник. — Можно спокойно дойти по дну. Но нужно раздеться. В одежде Сердце тебя не пропустит. Если хочешь, можешь попробовать и посмотреть.
— Раздеться… в смысле совсем?
— Совсем. Тебя это смущает? Я могу пройти первым, отвернуться и не смотреть. Но по-другому не получится. Попробуй сама, если хочешь.
Вот я и попала окончательно? Раздеться здесь, перед совершенно незнакомым мужчиной. И что будет со мной?
С другой стороны, если ему приспичит раздеть меня силой — я никак не смогу помешать.
Сердце там, на островке, стучало тревожно. Здесь это ощущалось особенно ясно. Ему было плохо и страшно, больно… что-то тревожило его… Оно не звало