Лорд драконьих гор

удовольствием поехал, — сказал Ник тихо. — Я бывал там. Весной особенная невероятная красота, когда все это цветет… Ты видела, как цветет персик? Не знаю, что за сорт у них там, но такие огромные махровые розовые цветы…
— «Аягонский красный», — хмуро сказал Тони.
— Точно, — согласился Ник. — Они когда поспевают, то красные даже внутри, сладкие-сладкие, и огромные, вот… с кулак размером, — Ник показал свой здоровенный кулак, с три моих, наверно. — Мы как-то с Тони помогали собирать, и я пока собирал, обожрался их, просто невозможно устоять…
— У меня тетка Селинья из этих персиков такое варенье варит! Что-то я не додумался тебе привести…
— Да ладно, — Ник отмахнулся, — я помню.
Что-то было во всем этом…
Я смотрела на них. Понимала, что Тони так хотел бы пригласить, но не мог. А Ник хотел бы поехать.
Конец света?
Словно никакой больше весны.
Неужели все это так однозначно, что даже немного помечтать, представить беззаботное лето — не выходит?
Я знала, что Ник с Тони дружили в старших классах, когда мать Ника окончательно разорвала отношения с его отцом, уехала не только на зиму, но и насовсем. Да и, пожалуй, от Ника с Патриком она ушла тоже, хотела забыть все это, как страшный сон. Ник говорил, что отношения охладели давно, невозможно так жить… Но огни над Бездной — стали последней каплей. А мальчики были уже взрослые и слишком похожи на отца… и, рано или поздно, должны были занять его место.
По сути, учась в старших классах, Ник жил самостоятельно, в пансионе при частной школе. И Тони тоже. А на каникулы уезжал к отцу или к друзьям. Это было почти весело… Если бы не отец, если б не Патрик.
Патрик все оставшиеся годы пытался доказать матери, что он не такой, что он не станет поступать так, и готов драться… Доказал?
Ник никогда не пытался ничего доказывать, просто жил как жил.
Он и сейчас…
Ник сидел, чуть покручивая в руке бокал с вином… Задумчиво.
— Слушай, Тони… — сказал он, — а можно будет Женю отправить к тебе ненадолго весной? Я бы, конечно, отправил ее домой… но если домой она откажется, то можно к тебе?
В этом была какая-то последняя надежда.
— Боишься, что ее накроет?
«Ты же понимаешь, что ей достанется все равно? — поинтересовался Алекс. — Ты же снова полезешь драться, и она, вместе с тобой, получит по полной. Женя, а ты готова разделить с ним не только жизнь, но и смерть? Месяца через два».
Чуть больше месяца осталось… совсем чуть-чуть больше.
Я даже сейчас чувствовала, как Нику плохо, прямо физически чувствовала — его сомнения, его боль. Его боль — как свою. А если…
— Ее накроет, — сказал Ник, его голос звучал почти равнодушно. — Это я еще могу закрыться, Алекс может. А ей закрыться нечем, — он облизал губы. — Возьмешь ее?
Тони кивнул.
— Да. Я могу забрать ее хоть сейчас, Селинья будет только рада. Но заранее Сердце Пика не выдержит, да? Я приеду и заберу ее… дня за два. Пойдет? Мы успеем доехать. Я найду человека, который сможет поставить хорошие щиты.
— Спасибо, — сказал Ник.
Я не поеду.
— Я не поеду, — сказала я. — Останусь с тобой!
Ник покачал головой.
Тони вздохнул.
— Ты не объяснял ей? — сказал он. — Женя, если останешься, то умрешь. Я знаю, что тебя уже не принесут в жертву, но то, что тут будет — ты просто не выдержишь. Даже если физически выдержишь — сойдешь с ума. Твоя связь с Ником достаточно сильна. Ты же и сейчас его чувствуешь? Чувствуешь? И это притом, что он, наверняка, закрывается всеми силами, ставит щиты. Ставишь, Ник?
Ник поджал губы, скрипнул зубами. Потом поднялся на ноги.
— Женя, сиди, не вставай, — сказал он. — Я просто отойду от тебя подальше, наверно, действительно лучше показать сейчас. Расстояние тоже имеет значение, чем ближе, тем сильнее бьет. Я ненадолго сниму щит, и ты почувствуешь. Хочу сказать сразу, не пугайся, для меня это не так страшно, как тебе может показаться, я не человек, воспринимаю это немного иначе, на людей давит больше. Да и ко всему привыкаешь. И… ладно…
Он выдохнул.
Отошел на другой конец комнаты.
— Готова?
Я невольно кивнула…
И вот тут меня просто оглушило накатившей волной ужаса. Мне казалось, даже сердце остановилось… я не понимала ничего. Только бесконечный, нестерпимый вой, который зовет меня, тянет… в Бездну. Так, что все тело сводит судорогой, сжимается живот, и кажется даже, сейчас все вывернется наизнанку… хочется умереть, и…