Лось 2

с пары бокалов шампанского.
— Эй, да ты совсем никакая! — подхватил я ее в прихожей, когда она запуталась в собственных сапогах, — Ложись-ка ты спать, все новости завтра расскажешь!
«Пьяная, помятая пионервожатая!»
Вот и рад бы отцепиться от дурацкого прилипчивого стишка, но строки сами ползли на ум при виде опухшей Викиной мордашки.
Как год встретишь — так его и проведешь, а если речь не только о годе, а о целом тысячелетии? Сестренкиному будущему я не завидовал.
— Чем собираешься заняться?
— Еще не знаю, — умирающим голосом отозвалась она из-под вороха одеял. На отоплении домовладелица экономила, обеспечивая лишь самый минимум, пришлось даже вспомнить печальный детский опыт по затыканию оконных щелей тряпками и газетами. И все равно в квартире температура редко превышала требуемые жилищными нормами семнадцать градусов. А сегодня, когда истопницы тоже наверняка пропустили по рюмочке, не наблюдалось даже этого рекомендуемого минимума. Страшусь предположить, что будет твориться через неделю в Рождество, когда традиционно бухали все.
— Я пока просто поживу у тебя, ладно? — робко заикнулась сестра, — Деньги у меня есть.
— Да живи! Жалко, что ли? Деньги у меня тоже есть. Только родителям отпишись, что тебя не инопланетяне украли, а ты сама по себе свалила. Переживают же!
— Папа все равно искать будет, — всхлипнула Вика.
— Тогда тем более надо написать! — потребовал я,
— Жоппер, ты не охамел? — взвился я, увидев на своей парте сумку Ярославцева. Только-только от «невесты» отвязался, и то косит вон нехорошо с соседнего ряда, как эта погань прицепилась! Димку я недолюбливал, потому что ни об одной мужской жопе я не думал столько же, сколько об его! И не из каких-то извращенных побуждений, просто при виде его строгого носа и проколотого левого уха волей-неволей постоянно вспоминал несчастных рыбок! Переживал за дельфинчиков! Да, вот такой я гринписовец и природозащитник!
— Лось, мне поговорить с тобой надо, — сдавленно пробормотал Жоппер.
Вот и еще одна причина для нелюбви! Обратись я хоть раз так к Максу — мигом бы отхватил в табло, несмотря на разницу в массе и опыте — Кудымов ничего никому не спускал и спускать не собирался. И не важно, что результат известен заранее — на самом деле отхватил бы скорее всего он, важен принцип. А от этого лощеного гуся все мои презрительные слова отскакивали.
Звонок прервал наши препирательства по поводу места, пришлось садиться рядом. Макс имел обыкновение появляться в аудитории сразу после звонка и лютовал, если кто-то еще не был готов к лекции. Или зачету как сегодня, который проводился в виде контрольной. Второго января, блядь!
— У тебя коэффициенты неправильно стоят! — шепнул Жоппер, когда я в четвертый раз пересчитывал вроде бы правильный, но чисто физически невозможный результат задачи, — Поменяй знак у четверки.
— Разговорчики! — прикрикнул с кафедры недовольный Кудымов, но не выгнал ни меня, ни Димона, хотя легко мог. Все-таки неплохо быть другом самому противному преподу на потоке.
Поменяв плюс на минус, переписал ответ и, сдав листы, вышел в коридор, в остальных решениях сомнений у меня не было.
— Чего тебе? — неласково спросил у рыбовода, когда он почти следом покинул прохладный зал занятий.
— Дело есть! — важно прошептал он, оглядываясь по сторонам.
— И? — долгих разговоров с красавчиком я не планировал. Ну, помог с решением, и что? Я бы и без него в конце-концов нашел ошибку. А не нашел бы — так и без этой задачи легко наскребал на проходную «тройку» или даже «четверку», смотря сколько задачка весила в Максовых баллах.
— Давай в столовке сядем, заодно поедим? Мне перед зачетами кусок в горло не лезет, зато потом на жор пробивает.
Как ни странно, но такая маленькая слабость почти примирила меня с существованием Жоппера. Просто надо было видеть — насколько он пыжился постоянно, пытаясь не уронить свой несуществующий авторитет. Впрочем, я не прав, девчонки на его гордый неприступный вид велись только так, и в одиночестве он не оставался, являясь кумиром для большинства парней из нашей группы. Его игнорили только я, Алиса с волчицами и Соль с прихлебателями, остальные разве что в рот не заглядывали.
— Это правда, что ты капитан имперской безопасности? — прозвучал очень неожиданный вопрос, едва мы сели за стол с подносами полными еды.
— С чего вдруг такой интерес? — выдавил из себя, прокашлявшись.
— Тебе нельзя признаваться? — расстроился Жоппер.
— Да нет, можно. Да, я капитан в отставке. Доволен?
— В отставке?.. — чуть разочарованно протянул парень, но тут же исправился, — А корочки показать можешь?