Все началось с того, что один молодой человек не захотел идти в армию и отравился таблетками. Травиться до смерти он не собирался, но… так случилось. И вместо зашуганного маменькиного сынка в его теле и в его мире очнулся наш современник — вполне взрослый и состоявшийся мужчина.
Авторы: Федорочев Алексей Анатольевич
с остальными позволял сэкономить почти сотню миллионов, он бы и без моего посредничества тот конкурс выиграл, мой голос был весомым, но не решающим.
— Батя знает?
— Возможно догадывается, а возможно так и пребывает в уверенности, что заключил лучшую в жизни сделку. И я очень надеюсь, что моя откровенность не покинет этих стен, — без предупреждения комната опять наполнилась тяжелым неприятным ощущением применения чего-то такого… ментального… — Мои нынешние возможности не сравнятся с теми, но и тогда я кое-что могла. И глупо было бы все разрушить из-за мимолетного желания увидеть тебя вживую.
— А теперь?
— Теперь… Те, кто знали, они и так знают. И их не так много, как тебе кажется: дорогой ценой, но мне тогда удалось избежать огласки, а за давностью лет история почти стерлась. Большинство уверено, что моя младшая дочь умерла и даже не подозревает о наличии внука. У нас с Варей был план по возврату тебя в клан, своим побегом ты нам немало седых волос добавил, но в итоге получилось даже лучше. После недавнего боя никого не удивит мое повышенное внимание к твоей персоне.
Долго поговорить нам не удалось, уже через пять минут на ее комме противно запищал стандартный звук напоминалки, а в дверь с тем же напоминанием сунулся кто-то их ее провожатых.
— Выздоравливай, — пожелала на прощанье Шелехова, — Вряд ли я смогу к тебе часто выбираться, но постараюсь еще навестить до конца недели, тогда поговорим еще.
Рассматривая закрывшуюся дверь, попытался проанализировать наш разговор, что-то в нем не давало мне покоя, но сморил сон. А со следующего дня мне разрешили полноценно вставать и почти десять дней подряд таскали на разные процедуры, начиная от жесткого массажа, и заканчивая непонятным лежанием в камере, навроде камеры МРТ. Лечение было действенным, но выматывающим, вторая встреча с бабулей вообще прошла мимо меня — я что-то отвечал, но разговор скомкался из-за постоянных зевков и мечтах о подушке. Подспудно беспокоило отсутствие вестей от всей остальной нашей команды, но и над этим вопросом не давал задуматься плотный распорядок. Такое ощущение, что я был здесь единственным пациентом, и все силы врачи бросили на то, чтобы скорейшим образом восстановить мой организм. Что, кстати, в конечном итоге оказалось недалеко от истины: больница являлась частной, но под эгидой клана, и клиентов у них лечилось немного — основной вотчиной Шелеховых значился Псков.
Из скупых обмолвок персонала выяснилось, что виновником моего полурастительного состояния стал таинственный инстинктивно вызванный мад, имеющий некоторое сходство с бодрячком. Очень похоже, что в последние секунды я пытался еще раз применить технику, но что-то пошло не так. А, не умея контролировать процесс, я вложил больше, чем весил.
Получать по голове не только больно, но иногда еще и полезно!
Не успевая за ударом в корпус, я попытался уклониться, но в итоге словил еще и в бубен. Все бы ничего, голова — та же кость, но ровно на траектории моего падения оказался металлический поручень от спортивного снаряда. С ним я повстречался затылком. Старая присказка: были бы мозги — было бы сотрясение.
— Ты! — дальше полилось совсем непечатное. Я сам не чужд мату, иногда только им и разговариваю, но слышать поток подзаборной брани из женских уст резало уши, — Какого … ты полезла к моему будущему мужу?!
«Чего-чего?!»
— А ты!!! — в ответ полилась не менее грязная тирада. Вместо помощи драгоценному мне девчонки сцепились чисто по-женски — с визгами-писками, выдирая волосы и расцарапывая лица. Направил весь поток искр на голову, залечивая раны, неожиданным последствием чего стала необычайная ясность в мозгах.
— Ты!!!
— Ты!!!
У девчонок заело. Разнимать их желания не было, а если по-честному, то я надеялся, что они друг друга поубивают. Пополз к выходу из зала.
Та, что рвалась ко мне в жены, это Вика. Перспективная всадница, лучшая ученица бабули, наиболее вероятная ее преемница и собой очень даже ничего, если не брать в расчет рост и мускулатуру. Не девушка — мечта! С двумя крохотными, просто исчезающе малюсенькими изъянами: за два неполных месяца она перебрала уже весь мужской персонал резиденции, и есть подозрения, что это не первый отрыв в ее жизни (и хуже того — не последний!!!), а второй — это она произнесла незабываемую фразу «подвинься, мальчик!». Кто-то еще верит, что я могу на ней добровольно жениться?
Ее соперница — Эва, вечно вторая в их противостоянии, командир четверки номер два в клане Шелеховых. Примерно таких же пропорций и аппетитов. Каюсь, последнее попробовал. Но никого не смущает, что
