Все началось с того, что один молодой человек не захотел идти в армию и отравился таблетками. Травиться до смерти он не собирался, но… так случилось. И вместо зашуганного маменькиного сынка в его теле и в его мире очнулся наш современник — вполне взрослый и состоявшийся мужчина.
Авторы: Федорочев Алексей Анатольевич
а в первый день его только пригласили на консультацию. Целители так-то были очень редкие звери.
— А это, между прочим, моя больница, где хочу, там и стою, — отбрил он мой наезд, — Я тут главврачом немножечко подрабатываю, любое отделение моё. Чего шарахаешься?
— Отоспался, сил уже нет лежать.
— Игрался бы с коммом, — указал он сигаретой на мой новый прибамбас.
— И рад бы, только я знаю, как включить и выключить. Привезли, а показать, где и что некому.
— Все время забываю, что ты все забыл, — выдохнул он струю дыма в потолок, подхваченные вентиляцией клубы рассеялись где-то вверху. — Попроси Надю, она тебе покажет, все равно бездельничает.
— Да я так… Как Ведьма? Выжила?
— Переживаешь, что стал кровным братом Кровавой Ведьмы? Экий каламбурчик получился! — он криво усмехнулся собственной шутке и снова затянулся.
— Переживаю за женщину, которую видел куском мяса, — отрезал я, — и в спасении которой довелось поучаствовать!
— Опять мимо! — наигранно огорчился мужчина, — Знаешь, ты так связно мыслишь и говоришь, что кажется, что ты совсем нормальный. И только притворяешься.
Пожал плечами. А что я мог сказать?
Целитель еще раз пытливо оглядел меня с головы до ног, прежде чем затушить окурок в приспособленной под пепельницу банке.
— Нормально все с Ведьмой. Пошли, просвещу немного, чтобы не строил иллюзий.
И он стал спускаться, жестом позвав следовать за ним.
— А-а? Э-э?.. — очень информативно задал я вопрос и мотнул подбородком на дверь в отделение, — После отбоя закроют.
— Мне?!
— Ну, да, вы ж тут главврачом подрабатываете, — действительно, чего переживать? — Куда идти?
В его кабинете расположился на уютном кожаном диване. В прошлой жизни как раз такой домой присматривал. Только где она теперь, эта прошлая жизнь?
— Окна, твари, кланы, Шелеховы, Ногайские… что-то говорит?
— Мать моя, вроде бы Шелехова в девичестве.
— Выбраковка?
— А?
— Понятно. Остальное?
— Ничего! — для убедительности еще и головой энергично покрутил.
— Придется тогда с самого начала. Учебник тебе наверняка на комм закинут, если уже не закинули, но я без подробностей, подробно потом сам почитаешь. — Сразу уточнил Андрей Валентинович. — Твари. Инопланетяне, иномиряне, чужие, внеземная форма жизни, агрессоры, но если коротко, — то твари. Никто не знает, что они у нас забыли, точнее, предполагаем, что ресурсы, но это окончательно не доказано, есть и другие гипотезы. Лезут к нам через окна . Что за окна — умники тоже так и не могут разобраться, иногда называют порталами, но вроде бы это не портал, а какой-то иной способ переноса. Хотя я и портал тебе не объясню, просто знай, что окна — это не порталы! Появляются окна , где попало, хотя больше любят промышленные объекты, но не всегда. Логику, цикличность никто пока так и не смог рассчитать, а если и рассчитал, то до общественности не довел. Могут десять раз подряд появиться в Сибири, а потом бессистемно по всему миру, потом прикипеть к какому-то ничем не примечательному району, и опять вернуться в Сибирь. Поговорка, что одна мина дважды в одну воронку не залетает, для тварей не работает. Первые окна засекли еще в семнадцатом веке, есть мнение, что и раньше было, но официально — начало семнадцатого. Плотность населения тогда представляешь?
Кивнул.
— Вот! Хотя это всё уже к делу не относится! Семнадцатый, шестнадцатый, пусть историки ищут доказательства, мы-то уже в двадцатом.
Захотелось сделать «рука-лицо»: я до сих пор не уточнил дату! Да, хотя бы месяц! Лето и лето, а год?
— Какой сейчас год? И день?
Целитель, сбитый с мысли, удивленно воззрился на меня:
— Что, только сейчас сообразил? — и в ответ на мой виноватый вид, — Первое июля 1998 года. От рождества христова. — И ехидно так, — Эру надо?
— Спасибо, кайнозойская, это я знаю. — Разнообразные школьные знания до сих пор нежданчиками всплывали в голове при полном отсутствии у меня желания их вспоминать.
— Надо же, какой начитанный! А я бы, кстати, и не ответил. Буду теперь знать, что кайнозойская.
— Извините, я перебил.
— Да ладно. Я, если честно, вообще не представляю, как ты с такой кашей в голове живешь и связно рассуждаешь.
— Я могу вспомнить? — добраться до халявных знаний Масюни мне временами сильно хотелось, особенно, когда как слепой котенок тыкался в очевидные всем вещи.
— Нет, — покачал головой Андрей Валентинович, — Слишком, — он пощелкал пухлыми пальцами, подбирая подходящее выражение, — слишком нетривиальный коктейль лекарств ты выбрал, чтобы отравиться,
