История Лотара Желтоголового, Устранителя Зла, начинается в богом забытом пустынном оазисе Беклем, название которого ему предстоит помнить всю жизнь. Именно там он чуть не погиб, впервые столкнувшись с черным колдовством, в которое раньше не очень-то и верил. Именно там он стал драконьим оборотнем, что позволило ему сделаться воином, наверное, лучшим из тех, кто когда-либо брал в руки меч.
Авторы: Басов Николай Владленович
откуда появившемуся ощущению покоя стало ясно, что только что перевалило за полдень.
Пора было вставать. Лотар тронул мирамца, и тот сразу проснулся, положив руку на ятаган, который лежал рядом. Лотар услышал его:
– Все в порядке. Я просто подумал, что пора искать завтрак.
– Или обед.
В узкие щели между досками летающей лодки рассмотреть что-нибудь было почти невозможно. Впрочем, Лотар был уверен, что в лаборатории царит покой. Приподняв чехол, они выбрались наружу.
В свете солнца, льющегося из высоких, под потолком, окон, лаборатория королевского колдуна казалась не более таинственным местом, чем городская свалка. И таким же тесным. Лотар с сожалением посмотрел на многочисленные приборы и механизмы. Ему очень хотелось повозиться с ними, но на это не было времени.
– Слушай, — толкнул его локтем Рубос.
В той части зала, где обитал Илисар, послышались какие-то звуки. Это были мирные звуки — звякала посуда, что-то булькало, звонко отзывалось на прикосновение металла тонкое стекло.
– Наверное, обедает, — предположил Рубос.
Бесшумно, как пара призраков, приседая в тени массивных машин, прячась за свисающими чехлами и драпировками, прокрались вперед.
Рубос ошибся. Королевский колдун не обедал. Он работал за длинным столом из темно-коричневого шлифованного камня, на котором стояла масса приборов из тончайшего стекла, образуя переплетение более сложное и изысканное, чем узор таджерского ковра. За прозрачными стенками сосудов, трубочек, колб, реторт и странного вида бутылей кипели, переливались всеми цветами радуги, оседали туманом или делились на ровные спокойные слои разнообразные жидкости. В разных местах этой конструкции, загашающей весь стол, горели различные по величине горелки.
Илисар был так увлечен, что Рубос и Лотар подошли к нему вплотную, прежде чем он почувствовал, что не один. Колдун вздрогнул, какая-то реторта, которую он мелкими движениями укреплял в бронзовом штативе, треснула и с хрустальным звоном посыпалась на каменный стол. Он обернулся.
На лице его был страх. Он окинул обоих чужеземцев взглядом и расслабился. Отбросив длинный рукав своей мантии, он внимательно осмотрел палец, на котором медленно росла капля крови.
– Порезался из-за вас, — сказал Илисар и сунул палец в рот, потом вдруг сморщился, сплюнул и потряс пальцем в воздухе. — Совсем забыл, что работал с рубиновой землей, а вкус у нее…
Он прошагал в темный угол, где на крохотном столе стоял фаянсовый умывальный таз, и сунул палец в воду.
– Странный ты колдун, — рассудительно сказал Рубос. — Не чувствуешь чужих, кровь остановить не умеешь, машины ремонтируешь…
– Не тебе меня учить. — Сейчас Илисар полностью успокоился, и в голосе его не слышалось прежних визжащих ноток. В солнечном свете колдун показался Лотару едва ли не ровесником мирамца.
– И все-таки, сдается мне, никакой ты не колдун. Илисар усмехнулся, вытер палец тряпкой сомнительной чистоты, подошел к Рубосу и спросил, глядя ему в глаза:
– Так вы и просидели у меня всю ночь, пока вас по городу разыскивали?
Рубос промолчал, но его улыбка была точнее любого ответа.
– Нам нужно поесть, а потом мы хотели бы с тобой посоветоваться, — сказал Лотар.
– Ты думаешь, я вам что-нибудь посоветую?, Лотар кивнул.
– Ты заблуждаешься. Стоит мне крикнуть погромче, и здесь появятся стражники. Взгляд Рубоса стал жестче.
– Только попробуй, фальшивый шаман. От тебя первого останется одно…
– Никого он не позовет, — спокойно возразил Лотар. — За дверью стражников нет. Чтобы их позвать, нужно идти в другую часть дворца.
Илисар хмыкнул.
– Откуда ты знаешь?
– Я чувствую.
– Колдун? Понятно. — Илисар развел руками, широкие рукава его темной мантии разлетелись, как крылья. — Все вокруг колдуны! Кинь палку и попадешь в волшебника. Скоро магами можно будет мостить улицы, а волхвов начнут использовать вместо спиц в колесницах! И лишь тем, кто по праву носит этот титул, отказывают в подчинении и не признают за ними никаких достоинств.
– Сам виноват, — буркнул Рубос.
– Нет, — сказал Лотар, — все сложнее. Ты проиграл, Илисар, а судьба проигравших волшебников незавидна, всегда так было.
Взгляд Илисара дрогнул. Он попробовал взять себя в руки и посмотрел на Лотара, как будто собирался помериться с ним колдовскими силами.
– Их остановило только желание сохранять видимость давнего порядка. К тому же тебя больше интересуют машины, чем колдовство, в котором ты действительно не силен и, следовательно, не можешь на многое претендовать. Поэтому тебя оставили в покое. Почти. Просто приказали помалкивать, но нанести
