История Лотара Желтоголового, Устранителя Зла, начинается в богом забытом пустынном оазисе Беклем, название которого ему предстоит помнить всю жизнь. Именно там он чуть не погиб, впервые столкнувшись с черным колдовством, в которое раньше не очень-то и верил. Именно там он стал драконьим оборотнем, что позволило ему сделаться воином, наверное, лучшим из тех, кто когда-либо брал в руки меч.
Авторы: Басов Николай Владленович
– И ты тоже? И чего же ты ждешь, продолжения? Лотар провел рукой по горлу. Хотелось пить. Кроме ого, он стал очень плохо ощущать мир, залитый солнцем радующийся жизни высоко вверху, за бесконечным сводом земли над головой. Вероятно, он устал от того приема, который Сухмет показал им для восстановления энергии и который Лотар пытался практиковать все время, пока они юли.
– Я буду рад, если все действительно окажется завершенным.
Рубос покрутил головой, то ли не соглашаясь, то ли стряхивая пыль с волос.
– А мне кажется, уже ничего просто быть не может.
Они посидели еще немного. Лотар поправил ремни на груди и встал, покачиваясь, горбясь под низким и угрожающим потолком. Это было сигналом. Рубос тоже стал подниматься и сделал это довольно легко — его мысли приняли новое направление. Теперь он почти не ощущал ни темноты вокруг, ни неверной дороги под ногами, ни усталости от чрезмерных и ненужных напряжений в своем большом теле.
– Нет, все-таки, что там ни напишут ашмилонские борзописцы, а дело было славным, — сказал он шепотом, который пролетел по коридору, как острый удар копья.
Лотар, неожиданно для себя, тоже усмехнулся. После этого оба наемника с удовольствием расхохотались.
– Только мне не все понятно. Вот ты, Сухмет, могучий волшебник, но и притворщик, каких поискать. Почему ты сразу не положил всю рать Конада, если это стоило тебе только взмаха руки?
– Это стоило мне не взмаха руки, господин. И в этом не было нужды, пока в башню вползала лишь пара дюжин не очень обученных гурхорцев. Вот когда они отрезали путь наверх, а господин мой решил, куда следует отступать, тогда это было к месту.
– А что, собственно, “это”? — включился и Лотар. — Я вот тоже не понял, что ты сделал там, в зале. Ты все что угодно можешь вот так взорвать, как вулкан?
Сухмет издал странный звук, в котором слились и известная толика самодовольства, и досада мастера на зрителей, которые так и не оценили истинного совершенства.
– Нет, конечно. Я долго прослужил у одного из забытых ныне волшебников, у которого была только одна страсть — он изучал всевозможные способы возжигания огня и достиг в этом совершенства. Я тоже кое-чему у него научился.
– Ничего себе “кое-чему”, — пробурчал Рубос.
– Уверяю тебя, господин, я владею лишь малой частью подлинного мастерства. Когда стало ясно, что мы долго в том зале не продержимся, я вдруг вспомнил, что эти шары на подставках являются магическими лампами, содержащими остатки зеленой пирогранной земли, открытой еще…
– Ты попонятнее говори, — напомнил Рубос.
– Ну, в общем, это такой состав, который может испаряться несколько сот лет и гореть холодным, но исключительно ярким пламенем. Вы видели его сами, так что можете судить.
– Надо признаться, огонь этих ламп не очень красив, — подал голос Лотар.
– Это просто потому, что земли в сосудах осталось немного.
– Нет, погоди. Ты хочешь сказать, что вот эти медные шарики в два моих кулака могут гореть день и ночь семьсот лет или даже больше?
– Почему семьсот? — удивился Сухмет.
– Блех сказал, что башню замуровали семьсот лет назад, — пояснил Лотар. — А когда мы вошли, все лампы до единой горели.
– Вот в чем дело… Нет, конечно. Семьсот лет они не горели. Принцесса зажгла их пять лет назад, когда искала убежище для Нуримана.
– Стоп, — сказал Лотар и тут же воткнулся носом в спину Рубоса, замершего как скала. — Я имел в виду, что теперь уже мне не все стало понятно…
– А-а, я-то подумал, ты что-то услышал. Они пошли снова.
– Чего ты не понимаешь, господин мой?
– Ты что же, с самого начала знал, что главную опасность во дворце представляет принцесса?
– Конечно.
Несколько шагов они прошли в молчании.
– Так ты и про Нуримана все время знал?
– Меня купили вместе с ним, как же я мог не знать про него?
– Так, значит, это ты готовил его для набегов на город? — пророкотал Рубос.
– Я раб, я поддерживал его жизнеспособность. Такие демоны на самом деле очень уязвимы. Лишившись надлежащего ухода, они обычно оставляют наш мир и уходят в свои измерения…
– Я не о том. На тебе есть частица вины за всех погибших.
– Не будешь же ты, господин, винить слугу на псарне за то, что его сворой король травит непослушных подданных? Выбор дичи — не мое дело. Я лишь держу псов и забочусь о том, чтобы они были к определенному времени в хорошей форме.
– Вообще-то, псы и такое исчадие ада — не одно и то же. Псы годны и на что-то хорошее. А это…
– Нет, господин. С помощью демонов, подобных Нуриману, Харисмус много веков назад за считанные месяцы очистил леса Северного континента и сделал их пригодными для людей.
– Но потом-то
